280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

Наутро перед отъездом я впервые за весь путь не выбрал для знакомства новое место, а еще раз вернулся ко дворцу — настолько он впечатлил накануне. Сегодня людей было значительно меньше. На входе меня заметил один из охранников и дружелюбно предложил надеть на голову тюрбан. Мне казалось, что это секундное дело: водрузил на голову — и все, как кепку натянул. Но все оказалось сложнее — тюрбан завязывают особым способом, бережно укладывая каждый слой ткани, процесс занял не меньше десяти минут. Заинтересованные моей персоной смотрители дворца предложили иностранцу, жадно всматривающемуся во все детали, присоединиться к службе и после позавтракать местной священной едой — обязательно руками и обязательно с пальмового листа. Вмиг в моих ладонях очутилась какая-то неведомая смесь сладкого, пряного и соленого одновременно — и все это консистенции и цвета, словно размокший хлеб. В общем, на вид кажется, что ешь полную невкусность, еще и грязными руками, еще и накладывали ее тебе чужими (вероятно, грязными) руками, но все это не оттолкнуло — экзотичность атмосферы и вкуса преодолевала все внутренние барьеры.

Я мог бы снова провести у дворца целый день, чтобы дождаться магических вечерних огней и отражения луны в озере, но сегодня предстояло отправиться в новую страну. Граница между двумя враждующими странами особо пристально проверялась и закрывалась уже в два часа дня. Мне бы выехать туда сразу после завтрака, но я не смог удержаться, чтобы не заглянуть в Золотой дворец еще раз.

За потраченное время пришлось расплачиваться — уже будучи на платформе, мне никак не удавалось втиснуться в автобус, но добродушный паренек предложил поставить мой «стафф» ему на ноги, а самому мне пришлось всю дорогу стоять на последней ступеньке открытой двери автобуса и изо всех сил удерживаться за поручни при огромной скорости и колдобинах на дороге. «Научиться так адаптироваться к среде — это, конечно, круто. Но было бы неплохо еще и остаться при этом в живых, — ворчал себе под нос. — Иногда веду себя как пятнадцатилетний пацан».

Первое, что ощущаешь, подъезжая к индо-пакистанской границе, — состояние войны. Колючая проволока по всему периметру, пограничники обвешаны оружием с головы до ног, а возле блокпостов стоят противотанковые пушки — атмосфера любви и доброты, окутавшая у храма, рассеялась без следа.

— Ждите автобуса, — без объяснений кинул мне пограничник, как только я получил штамп о выезде из Индии.

Какой автобус? Куда? Я ж еще в Пакистан не попал! Но это не то место, где можно приставать с расспросами, поэтому решил просто делать, как сказали, и стал ждать. Спустя двадцать минут к зданию подъехал автобус мест на семьдесят, с плотно задернутыми занавесками и молчаливым водителем, куда погрузили меня одного и куда-то повезли. Слегка напрягаюсь, стараюсь хоть что-то разглядеть из-за спины водителя. Наконец остановились, выхожу у ворот какого-то огромного стадиона с трибунами, рассчитанными тысяч на двадцать людей. Ого! Что это за спектакль?

Впереди открыли шлагбаум, и я зашагал вдоль пустого стадиона, рассматривая границы амфитеатра. И тут же догадался, что это именно то место, где проходит легендарное шоу поднятия флагов!

Ежедневно на границе Индии и Пакистана на каждой из сторон устраивается ритуальная процедура построения караула и поднятия/спуска флагов пограничниками обеих враждующих стран. На это время к амфитеатру съезжаются тысячи людей с обеих сторон, поддерживать своих.

Пройдя в полном одиночестве по огромному плацу стадиона с нависающими по бокам трибунами на индийской стороне, я подошел к железным воротам.

На черной тяжелой двери висела круглая ручка, взяв ее, я попробовал отодвинуть дверь ворот.

«Похоже, они весят не одну сотню килограммов», — подумал я после нескольких тщетных попыток сдвинуть дверь.

Я оглянулся назад, возможно, мне кто-то из индийских пограничников поможет все-таки открыть дверь в Пакистан… Но за мной было все так же пустынно.

Внезапно раздался громкий скрип, и тяжелая дверь, как по мановению волшебной палочки, двинулась в сторону. Я лишь видел исполинскую руку, двигавшую ее, при этом сам человек оставался закрыт этой же дверью.

Я сделал шаг вперед и очутился в новой стране.

* * *

Передо мной стоял, улыбаясь, высоченный, метра два ростом, идеально сложенный, одетый во все черное молодой мужчина лет 35. У него были черные как смоль волосы и усы, аккуратная прическа. Он приветливо смотрел на меня, улыбаясь белоснежной улыбкой, но поразило меня другое.

Глаза. Преисполненные добротой и спокойствием.

— Добро пожаловать в Пакистан, сэр, — он протянул мне свою руку Гулливера и продолжал смотреть прямо в глаза. — Вы вошли в прекрасную страну Пакистан, сегодня здесь вы ощутите всю разницу между нами и Индией.

Это был первый человек, которого я увидел в этой стране.