280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

Чем ближе подходишь, тем больше замечаешь в нем что-то родное, до боли знакомое — советский бетонно-каменный гигантизм, или монументализм. Было сразу понятно, что здание построили уже давно — как оказалось, еще в 70-е годы прошлого столетия. Покрытие этих гигантских ракушек, напоминающее чешую рыбы, сделано из плитки, которой раньше отделывали советские здания. Помню, в Харькове тоже такие были.

Театр строили очень долго и вложили в него много денег. Однако это стоило того — здание стало настоящим брендом не только города, но и страны. С территории оперного театра можно наслаждаться завораживающим видом на залив, по которому степенно курсируют корабли. Вот тут действительно чувствуется, что находишься в Австралии.

— Сегодня в программе театра ничего интересного. Предлагаю зайти послушать оперу в другой раз, — намекая, что пора и честь знать, предложил я.

Саша внимательно посмотрел на афишу, будто что-то понимал в ней, и тоном прожженного театрала согласился:

— Да, ничего интересного. Пойдем.

Меня позабавила его серьезность. Мы еще раз обошли вокруг комплекса и направились в сторону самого известного пляжа восточного побережья — Бонди Бич.

По инфраструктуре и масштабу этот район Сиднея напоминает отдельное государство того самого лайфстайл-отдыха, легкий бриз которого ощущается повсюду в городе. Здесь же находится один из его жарких эпицентров. Серферы натирают свои доски, беззаботно улыбаясь и поигрывая загорелыми мышцами, потягивают холодный лагер с лимоном. Рядом девушки в бикини готовятся к сражению в пляжный волейбол. Дети в гидрокостюмах соревнуются на волнах. Земля пестрит от полотенец, панамок и купальников. После суеты городских улиц словно попадаешь в другую вселенную.

Понимая, что такой микроклимат склонит меня скорее к желанию понежиться на горячем песке с запотевшим бокалом холодного напитка, чем к рассказу Саши о «совершенно потрясающей дыхательной технике — ребёфинге», я решил слегка разбавить нашу целебную атмосферу. И договорился о встрече здесь со своим подписчиком Кириллом. Я не знал его лично, но оказалось, когда делаешь в фейсбуке пост с геолокацией — это прекрасный повод познакомиться с теми, кто уже давно тебя читает. Кирилл работает стюардом в иностранных международных авиалиниях. Увидев, что я в Сиднее, он написал, что тоже будет здесь в это время. Встретиться решили в баре, который посоветовал всезнающий Google.

Когда знаешь человека только по аватарке в фейсбуке, встреча напоминает первое свидание. Присматриваясь ко всем, кто заходит в дверь, пытаешься угадать — он или не он. Именно так мы и делали с Сашей, усевшись за столиком на улице. Хоть и слегка шумно, но это было так по-австралийски — всегда проводить больше времени на открытом воздухе, — тем более что всех посетителей охлаждало приятное дуновение от вентиляторов. Когда вошел стройный парень в черной футболке и синих джинсах, мы поняли — это «наш». Я махнул Кириллу рукой, и он подошел.

— Рад знакомству. Что будешь пить? Саша у нас по минералке. А я заказал бокал белого, — я тут же начал располагать к знакомству.

— Мне тоже белое, — улыбнулся Кирилл. — У меня на эту тему, кстати, есть реальная история из жизни экипажа.

— Истории мы любим.

— Мы часто летаем по Азии. Однажды был трансконтинентальный перелет, и я, как и положено, стал ходить и предлагать еду, напитки. В одном ряду сидели три индусские женщины. Говорю им: «Здравствуйте, какое вино будете — красное или белое?» Они удивленно переглянулись, затем посмотрели на меня, и вдруг одна, лукаво прищурив глаз, говорит: «А зеленое есть?»

— В смысле — «зеленое»? — переспросил я.

— Ну, они подумали, что можно называть любые цвета. И тебе принесут такое вино, — рассмеялся Кирилл.

— Кстати, это был бы сервис на высоком уровне. Авиалинии Гарри Поттера!

Мы рассмеялись, и беседа стала такой дружественной, вроде встретились старые приятели. Кирилл рассказывал массу интересных случаев из жизни on air. Саша периодически отвлекался на свой телефон и что-то там листал. Но когда мы заговорили о мечтах, Саша прислушался.

— Кирилл, у тебя необычная профессия. Я всем в кругосветке задаю этот вопрос, буду рад услышать и твой ответ — о чем мечтаешь?

— Хочу стать пилотом.

— Ого, круто. Но звучит как вполне достижимая цель, — закивал я.

— Да, это не в космос полететь. Хотя и это тоже возможно, — спокойно ответил он.

— Это точно, — подхватил я. — Почему круто быть пилотом — это понятно. А есть ли какие-то подводные камни у твоей мечты?

— Самый главный минус — это то, что пока летаешь, ты живешь, — с грустью ухмыльнулся Кирилл.

— Это как же? — опередил мой вопрос удивленный Саша.

— Да вот так. Больше девяноста процентов людей, работавших в авиации, если перестают летать — вскорости умирают. В течение пяти лет. Пилоты после пенсии долго не живут.

— Как? — не мог поверить я.

— Не знаю точно, в чем причина. То ли из-за того, что их организм привык к небольшой, но постоянной радиации на высоте. То ли от того, что не занимаются любимым делом… Умирают от тоски, — спокойно резюмировал Кирилл.