«А» упало, «Б» пропало… Занимательная история опечаток.

Другая известная американская газета, «Washington Post», спутала однажды в заголовке одну букву. Дело было спустя сто лет после случая с Диккенсом, в 1940 году. Америкой правил Франклин Делано Рузвельт, и страна беспокоилась о здоровье своего лидера. Когда Рузвельт простудился, газета вынесла эту новость на первую полосу. Заголовок, сверстанный аршинными буквами, должен был звучать так: FDR IN BED WITH COLD. To есть: ФДР (так сокращенно называли Рузвельта) в постели с простудой. Однако в номере вышло иное: FDR IN BED WITH COED. Вместо cold – coed, вместо простуды – студентка. В постели со студенткой!

Говорят, сам Рузвельт был очень позабавлен опечаткой, и даже позвонил в редакцию, чтобы ему прислали сотню номеров – дабы разослать друзьям. Однако номеров президент не получил: служба распространения «Washington Post» уже скупила все номера и уничтожила. Взамен было выпущено исправленное издание газеты.

А еще чуть погодя – в 1955 году – опечатка стала поводом для появления в Америке и Канаде новой рождественской традиции. Одна из газет города Колорадо–Спрингс напечатала рекламное объявление магазина Sears, Roebuck & Company: позвонившим по номеру «горячей линии» был обещан разговор с самим Санта–Клаусом. Однако случилась опечатка: в номере были перепутаны цифры, и в объявлении оказался… секретный «красный» телефон командования ПВО Северной Америки (NORAD), находившегося тоже в Колорадо–Спрингс. Там‑то 3 декабря 1955–го и стали раздаваться звонки.

Санта–Клаусу звонили, конечно, дети. Военные были шокированы, но решили детей не огорчать: сообщили, что Санта еще не прибыл, хотя радары ПВО уже засекли оленью упряжку. А потом так втянулись в игру, что в рождественскую ночь оповестили агентства новостей: именно силы ПВО помогли Санта–Клаусу перелететь через «коммунистические территории».

Обо всем этом рассказали газеты, инициатива военных пришлась по вкусу всем. На следующий год в командовании ПВО появился специальный телефон для «рождественской» связи.

А теперь NORAD ежегодно сообщает американцам и канадцам о прибытии Санта–Клауса. Первые сообщения гласят о том, что из района Северного полюса приближается «неопознанный объект», потом в этом объекте удается опознать сани и так далее. Причем сообщения носят практически официальный характер.

Есть даже специальный сайт, посвященный этой традиции, его адрес – www. noradsanta. org. В рождественские дни на этот сайт заходят миллионы посетителей со всех концов света.

ИЗ ЛИЧНОГО: НЕ ТРОНЬ МЕНЯ!

Едва ли не самые обидные опечатки – это опечатки в подписи автора. Ну в самом деле, считаешь себя человеком до некоторой степени известным, а тут – на тебе!

Автору этих строк пришлось познакомиться с такими опечатками на собственном опыте. Одна из заметок в газете «Вечерний Петербург», напечатанная мною на заре журналистской деятельности, была подписана фамилией Щерих. Зловеще как‑то получилось, да и обидно.

Утешать я себя мог двумя обстоятельствами: во–первых, опечатку никто, кроме меня, не заметил. А во–вторых, в той же газете случались эпизоды и похлеще. Один историк по фамилии… ну, скажем, Риц… принес в «Вечерку» свою статью. Ее напечатали. Но подпись гласила: Яиц. Уязвленный автор сунулся было в редакцию, заикнулся о поправке, но ему строго ответили: опровержений по таким поводам не печатаем. И не напечатали.

Мог бы я утешить себя и другими примерами, которых в ту пору не знал. Скажем, пушкинским «Икшп». Или тем, что известный писатель Серебряного века Борис Зайцев тоже начал свою литературную карьеру с опечатки в подписи. Газета «Курьер», опубликовавшая первый маленький его рассказик, вместо «Б. Зайцев» напечатала «П. Зайцев». «Хоть и П., а написал все‑таки я», – сообщал много лет спустя писатель одной из своих корреспонденток.

Поэт Константин Бальмонт при одной из публикаций лишился мягкого знака: газета, напечатавшая его стихотворение, дала подпись «К. Балмонт».

В 1923 году отличился на том же поприще популярный еженедельный журнал «Красная нива». Да и как отличился! Он напечатал стихотворение известного поэта Сергея Клычкова, начинавшееся словами:

Пылает за окном звезда,

Мигает огоньком лампада.

Так, значит, суждено и надо,

Чтоб стала горечью отрада,

Ушедшая невесть куда…

В самом стихотворении обошлось без опечаток. Только вот подпись под ним гласила: «О. Мандельштам». Это, правда, не вполне опечатка – скорее ошибка, и, стало быть, в нашем рассказе присутствует на «птичьих правах» – но уж больно примечателен эпизод сам по себе.

Иногда опечатка в фамилии накладывала отпечаток на всю судьбу автора. Такое случилось со знаменитым Афанасием Фетом. Тот вообще‑то был по матушке Фёт, но в журнале «Отечественные записки» случилась опечатка – и под стихотворением «Посейдон» впервые появилась новая, оставшаяся навсегда подпись – Фет.

Похожее произошло уже много позже с американским поэтом Эдвардом Эстлином Каммингсом: в первом сборнике стихов его имя и фамилия были напечатаны с маленькой буквы. Эту опечатку поэт бережно сохранил во всех сборниках – как свой фирменный знак.