«А» упало, «Б» пропало… Занимательная история опечаток.

Любовь Аксельрод долго ждала возможности ответить. И ответила – в своем очередном ученом сочинении. Дело в том, что ей снова пришлось процитировать Богданова, и она не преминула к слову заметить: «С истинным страхом процитировала я А. Богданова». А дальше, рассказав о случившемся, продолжала: «Защищаться специально от подобного рода обвинения мне, говоря откровенно, просто было… неприятно. Я ждала случая, и теперь пользуюсь им и заявляю, что не знаю, каким образом очутилась в моей статье вышеуказанная ошибка. Не имея рукописи, я не могу установить, есть ли это описка или опечатка. Но a priori склонна предположить последнее, так как корректурные ошибки являются своего рода наказанием для русского писателя. Боюсь поэтому, чтобы и в вышеприведенной цитате не оказалось какой‑нибудь корректурной ошибки… Что же касается А. Богданова, то ему не мешало бы серьезно подумать о нравственном и эстетическом характере подобного рода заподозриваний».

Да уж, критики иногда цепляются за опечатки, аки львы! Примеров тому предостаточно, а один есть в моей личной практике.

Году в 1995–м мне довелось выпустить в свет «Книгу рекордов Петербурга». До той поры ничего подобного не издавалось: вместе с несколькими знатоками города мы попытались собрать все самое–самое города на Неве. Первый пароход, самый большой театр, самый длинный мост и так далее…

Книгу делало маленькое частное издательство, и без опечаток не обошлось. Особенно «посчастливилось» с подписями к иллюстрациям: их делали в последний момент. Самый досадный ляп случился на странице 84: известная всем питерцам водонапорная башня у Таврического дворца была отрекомендована как башня… на Фонтанке. На Фонтанке находилась первая водокачка петровских времен, давно уже исчезнувшая, – и откуда бы, интересно, мог появиться ее фотоснимок?

Впрочем, путаница с башнями – это не опечатка, а ошибка верстальщика. Но не обошлось в подписях к иллюстрациям и без опечаток. Была, например, такая: «Исаакиевский мост в XVII веке». Нетрудно сообразить, что Петербурга в XVII веке не существовало, ведь он родился в 1703 году. Просто в подписи не хватило одной маленькой палочки…

Палочка палочкой, а вот кое‑кто поспешил к ней прицепиться. Вообще скажу, что отзывы на книгу были очень теплыми – все, за исключением одного. Автор этой сердитой рецензии не преминул перечислить все отысканные в книжке недостатки. И громко, во весь голос заявил: вы только посмотрите, Исаакиевский мост в XVII веке! Как можно!

Вообще‑то догадаться о том, что это опечатка, было несложно. Но рецензент предпочел не догадываться. Ему было интереснее шуметь и клеймить.

Тогда такая критика казалась мне в новинку. Сегодня подобные приемы используются постоянно: рецензенты бичуют книги за опечатки, не утруждая себя их чтением и анализом. Так легче!

Им бы вспомнить справедливые слова Дмитрия Писарева – о том, что иные критики придираются «к шрифту и опечаткам по неспособности к более серьезной умственной работе».

ДЕРЬМОКРАТЫ И ДЕРЬМОКРАДЫ

Автору тяжело относиться к опечаткам юмористически, но вот юмористам сам бог велел взять эту тему в оборот. После серьезного рассказа о сердитых критиках маленький веселый антракт придется как раз впору.

Популярный современный журнал «Красная Бурда» напечатал однажды презабавнейший «Список замеченных опечаток» – разумеется, опечаток вымышленных. Вот некоторые из тех маленьких шедевров «Красной Бурды»:

«В N 1 за 1997 г. вместо слова «зоофил» следует читать «А. Филозов».

Там же вместо слов „«Пах–пах!» – закричал Никитка и ударил Сеньку ногой» следует читать: «Никитка закричал и ударил Сеньку ногой в пах».

Там же вместо слов «…отчаянно эякулируя…» следует читать «…отчаянно жестикулируя…»

В N 7 за 1996 г. в статье «Упыри у власти» вместо слова «дерьмократы» следует читать: «дерьмокрады».

Там же вместо «господина» следует читать: «г–на», вместо «гуманный» – «г–нный», вместо «газообразный» – «г–образный».

…

И, наконец, САМОЕ ГЛАВНОЕ:

В N 2 за 1994 г. вместо словосочетания «а редактор А. Соколов» следует читать: «редактор А. А. Соколов». Приносим Соколову свои А. А.»

А совсем недавно журнал вернулся к теме опечаток – и выступил, можно сказать, на «бис». Эта его публикация была перепечатана множеством российских газет (причем иногда без ссылки на «Красную Бурду»):