Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях

Доктор Йозеф Менгеле вошел в историю как особо жестокий нацист среди себе подобных. Он с холодным интересом ученого использовал евреев в качестве лабораторных крыс. Его называли «ангелом смерти». Он печально известен невероятно жестокими экспериментами, особенно над близнецами. Он оказался единственным доктором, который приходил на селекцию трезвым и получал удовольствие от этого процесса. Он несколько раз вступал в споры со Станиславой и, похоже, уважал ее (насколько был способен) за бесстрашие и готовность отстаивать свою точку зрения. Несмотря на широко распространенное заблуждение, он не был единственным или главным доктором Аушвица-Биркенау. Сначала он был главным врачом (если это слово к нему применимо) цыганского лагеря и не имел отношения к лагерю женскому вплоть до августа 1944 года, когда всех цыган отправили на смерть.

Менгеле сумел бежать в Бразилию, где умер от инсульта, плавая в океане, в 1979 году. Ему было 68 лет. Слишком легкая смерть для человека, который жестоко замучил такое количество невинных людей.

Мала Циметбаум – бельгийская еврейка. Она попала в Аушвиц в сентябре 1942 года и получила номер 19880. Талантливый лингвист, она работала переводчиком и курьером, что давало ей определенные привилегии. Она носила собственную одежду, сохранила волосы и относительно хорошо питалась. Несмотря на это, она всю себя отдавала помощи другим заключенным, добивалась перевода их на более легкие работы, предупреждала о предстоящей селекции и проносила в лагерь фотографии, присланные заключенным их родственниками, – я показала это в сценах с письмом Филиппа Эстер.

У Малы был «роман» (платонического свойства) с Эдеком Галиньским, механиком женского лагеря. Историю их побега я рассказала в романе совершенно точно. Они действительно сумели выбраться из лагеря – Эдек оделся эсэсовцем, а Мала притворилась заключенным, который нес фаянсовую раковину, а затем они изображали эсэсовца с подружкой на прогулке. Им удалось провести на свободе три дня, а потом Малу арестовали, когда она пыталась купить хлеб. Эдек, наблюдавший за происходящим со стороны, сдался сам, потому что они поклялись друг другу не разлучаться. Они действительно пели друг другу в тюремных камерах главного лагеря Аушвиц.

Когда Эдека вешали, он выкрикнул: «Да здравствует Польша!» В тот же день должны были вешать Малу. Но она выхватила из пучка волос лезвие бритвы и мгновенно перерезала себе вены на обеих руках. Ее швырнули на телегу, отправлявшуюся в крематорий, чтобы сжечь живьем. Медсестры старались как можно медленнее перевязывать ее руки, чтобы она успела умереть. Кто-то рассказывал, что она истекла кровью прямо в телеге, другие говорили, что она приняла яд, третьи – что ее застрелил охранник. Я собрала все рассказы воедино и попыталась создать историю, соответствующую ее характеру. Надеюсь, мне удалось достоверно описать смерть этой отважной и благородной женщины.

Аушвиц-Биркенау

К написанию книги об Аушвице я приступала с душевным трепетом, прекрасно понимая, что почти невозможно достоверно рассказать об ужасах жизни узников – для такого просто не существует слов. Я постаралась показать читателям, что происходило в лагере. Хочу заверить, что, хотя персонажи и диалоги вымышлены, все случаи, описанные в романе, взяты из документальных материалов. Пожалуй, стоит кое-что перечислить, чтобы вы поняли, что я никоим образом не преувеличила варварскую жестокость хозяев Аушвица-Биркенау.

Пища, как показывали многие свидетели, была весьма скудной и ужасной по качеству – эрзац-кофе на завтрак, жидкий суп на обед и кусок хлеба на ужин. Как можно выжить на таком рационе, целый день занимаясь тяжелым физическим трудом, невозможно себе представить.

Условия жизни в бараках были такими варварскими, как я описала. Узники часто спали вповалку, десять человек на жестких деревянных нарах под маленькими рваными одеялами. Форма заключенных не соответствовала зимним морозам. Жестокость нацистов проявилась в том, что они лишили узников носков и ботинок, заставляя ходить в деревянных клогах на босу ногу. Эта «обувь», номера и бритые головы были призваны дегуманизировать заключенных. Неудивительно, что в лагере процветал черный рынок, на который попадали товары, «организованные» из Канады.

В больницах было еще хуже. Рвота, диарея, отсутствие туалетов, воды и дезинфицирующих средств – все это приводило к тому, что пациентам часто приходилось лежать в собственных экскрементах, а если они оказывались на нижних нарах, то и в экскрементах тех, кто лежал наверху. Крысы в лагерях отъедались до размеров кошек. Они грызли пациентов мертвых, но и живых тоже. Бороться со вшами было невозможно. Выживание в таких условиях – доказательство силы человеческого духа.