Александр Македонский

В мае 326 года Александр направил свою армию на юго-восток. Могущественный раджа из высокогорной долины Джелама (по-гречески Гидасп) Паурава (по-гречески Пор) занял позиции позади реки, ширина которой в этом месте составила 700 метров, между нынешними Джалалпуром на севере и Харанпуром на юге, в 108 километрах от Равалпинди (25 июня 326 г.)⁴². На левом берегу Джелама сосредоточились сплоченные ряды кавалерии, 30 тысяч (?) пехотинцев и лучников, большое число боевых колесниц, но самое главное — 200 боевых слонов. Чтобы переправиться и одержать победу, Александр применил уловку: часть кавалерии и фаланги с Кратером остались на правом берегу. Они сделали вид, что собираются переправляться, и развели большие костры для отвлечения внимания противника. Прочее войско вышло ночью и под проливным муссонным дождем прошло через леса 28 километров в северном направлении, откуда его на плотах и лодках переправили вдоль острова Адманы, затем воины пересекли другой лесистый остров, переправились через последний рукав реки и внезапно появились на правом фланге Пауравы. Своими сариссами и стрелами кавалерия Александра одолела конницу и колесницы противника, после чего пришла на помощь своей пехоте, сражавшейся со слонами. Через восемь часов 80 громадных животных были захвачены живыми. Раненый Паурава сдался. Александр вернул ему царство и превратил в своего верного союзника: присланные Пауравой 9 тысяч человек возместили погибших, пополнив экспедиционный корпус Царя царей.

После того как победа была одержана, богам воздана хвала, мертвые преданы огню или земле и справлены поминальные игры, Александр основал по одну и другую сторону Джелама два города: Буцефалию в память о славном Буцефале — на правом берегу, в том месте, где переправилась кавалерия, поблизости от сегодняшнего Джалалпура, и второй, названный Никеей в память об одержанной победе — на левом. Часть армии осталась с Кратером, чтобы выстроить и оборонять эти укрепленные лагеря, план которых наметил сам царь. Как и при основании четырех Александрий, в строительстве и последующем заселении приняли участие местные работники.

Сопровождаемый половиной гетайров, конными лучниками, отборными пехотинцами, разведчиками и копейщиками, Александр отправился покорять племена и царства к югу от Кашмира и распространять на эти области (например, Абхисару) номинальный суверенитет Пауравы. На протяжении нескольких дней ему оказывал радушный прием Саубхути (по-гречески Сопейт), который преподнес Александру великолепных собак. По приказу Александра войско с большим трудом переправилось через стремительную реку Черную (Аксини или Акесин, ныне Чинаб) и обратило в бегство двоюродного брата и тезку Пауравы, союзника Александра. Затем он переправился через Гидраот (ныне Рави), осадил и взял приступом Сангалу (то есть Самкалу), столицу катов, свободных индусов (вблизи современного Лахора) и наконец в самый разгар муссонных дождей[9] вышел на правый берег Випасы, по-гречески Гифасиса (Биаса), притока Сатледжа.

Дождь шел уже два месяца, плохо экипированные греческие солдаты с трудом переносили местный климат, их преследовали эпидемии, полученные раны плохо заживали, они были измотаны и упали духом из-за потерь, понесенных за прошедший год. Среди них распространился слух, что за пустыней живет еще более многочисленный народ, и там протекает Ганга, превосходящая Инд, так что это еще не конец Индии и уж тем более не край света. Александр, который получил от своих индийских союзников надежные географические сведения и был осведомлен о настроении македонян, собрал два заседания штаба. Койн, выступивший от имени военачальников, изложил причины, по которым следовало остановиться. Армия хранила молчание. Прорицатели, к которым обратились за советом, говорили о дурных предсказаниях. Царь не мог принять решение, на котором настаивало порицавшее его воинское собрание, но не мог он и отдать приказ, который неизменно спровоцировал бы бунт, и он нашел удачный выход, по крайней мере если верить рассказу Арриана (V, 28), который опирается на воспоминания Птолемея: военачальники должны были отдать войскам приказ возвращаться на Джелам после того, как будет воздана хвала богам и вынесена благодарность Александру. Сам он удалился в свой шатер и три дня из него не выходил.

Чтобы отметить крайнюю точку продвижения армии, к востоку от современного Амритсара были воздвигнуты двенадцать (?) огромных алтарей Афине Пронойе, Аполлону Пифийскому, предку царя — Гераклу, Зевсу Олимпийскому, самофракийским богам Кабирам, личному божеству Александра Амону, индийскому Солнцу… — в память о подвигах, совершенных царем. Число двенадцать напоминает также о подвигах Геракла, который достиг в Гибралтаре западных пределов мира. Чтобы произвести впечатление на возможных индийских завоевателей, которые явятся с Ганга, армия, отправляясь в обратный путь, оставила после себя следы своего гигантского лагеря.

Отступление через Гедросию