Александр Македонский

Среди объяснений, предложенных многочисленными древними авторами, а следом - и современными историками, важное место занимают психологические и иррациональные моменты. Часто особо подчеркивается, что вспыльчивый и экзальтированный характер завоевателя во многом унаследован им от матери - Олимпии, которая исповедовала культ Диониса и предавалась в связи с этим «безудержным чувственным излишествам» (Ж. Раде). Существует мнение, что в различные моменты деяний Александра им двигало стремление к подражанию, возможно вплоть до идентификации себя с героями Гомера, а также богами и полубогами, такими как Дионис и Геракл. И наконец, многие авторы (В. Эренберг и другие) признают, что Александр часто бывал

32

подвержен pothos

(желание, влечение, особенно к чему-то отсутствующему или потерянному, тоска о нем (греч.). - Примеч. ред.), понимая под этим расплывчатым понятием иррациональное и неудержимое стремление превзойти себя, продвигаясь все дальше на пути открытия мира и самого себя. Такие толкования привели к созданию «иррационального» образа Александра. Ведь понять его путем рационального анализа невозможно и нельзя считать, что его действия объясняются только политическими мотивами; в частности, Ж. Раде утверждает, что «законы обычной психологии» «неприменимы к герою, полагающему, что в его жилах течет кровь Геракла и Ахилла».

Александр, выросший в почитании героев Гомера, был, вне всякого сомнения, движим психологическими импульсами. Но превращение похода в собственное приключение таило в себе глубокие противоречия. Подобная интерпретация порою возникает у некоторых авторов, и можно только удивляться их доверию к античной историографии Александра, которая, как это отлично известно, без малейших колебаний приукрашивала действительность, превознося сверхчеловеческий характер царя и его деяний. Риск, на который царь шел в своих походах, - просчитанный риск. Он никогда не приступал к следующему этапу, не убедившись в надежности своих тылов и не получив информацию о территориях, кото-

33

рые намерен был покорить. Ведя за собой тысячи людей в края, часто плохо изученные и враждебные, он не собирался рисковать потерять армию, заботясь лишь о своей славе или под воздействием импульса. Одна из немаловажных проблем истории Александра состоит именно в возникшем в 330 г. до н. э. противостоянии коллективной воли македонян и все более авторитарного характера, который принимала власть Александра.

Впрочем, при всей сложности этой задачи многостраничное рассмотрение вслед за древними авторами амбиций и свершений Александра привело к тому, что с исторической сцены как бы исчез его персидский противник, словно приключения Александра затрагивали исключительно его самого. Развитие истории Ахеменидов и более внимательный и глобальный подход требуют вернуть на сцену как Дария III, так и его окружение и серьезно рассмотреть его преимущества и достоинства, которыми нельзя пренебречь.

II. Наследие Филиппа II

Хорошо известно высказывание У. В. Тарна: «Главная причина, по которой Александр завоевал Персию, - это то, что ему никогда не приходила в голову мысль этого не делать». Этой фразой английский историк хотел подчеркнуть также, что идея завоевания сильно занимала и

34

Филиппа II. Именно эту мысль хотел выразить Полибий в своей «Всеобщей истории», пытаясь определить различие между внутренними причинами, поводом и началом войны с Персией. В сущности, Филипп II уже провел значительную подготовительную работу как в дипломатическом плане, так и в военном. После победы над греками в битве при Херонее (сентябрь 338 г. до н. э.) он созвал в Коринфе представителей греческих поселений и полисов. Результатом переговоров стало создание Коринфского союза.

Сведения о том, как действовал Союз и какие полисы в него входили, неполны. Главным органом был общий совет (Синедрион), в который входили представители полисов. Македония как государство не входила в Союз. С ним взаимодействовал только царь, действуя исключительно от своего имени. С другой стороны, договор запрещал изменение конституции, войны между членами Союза и какое-либо выступление против царства Филиппа и его преемников. Эти меры были предприняты для стабилизации отношений между полисами, которой Греции не удавалось достичь прежде.

Очевидно, что Филипп добивался установления длительного мира с Грецией. Но истинным предметом его стремлений на тот момент была война в Азии. После битвы при Херонее он «рас-

35