Читаем Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг. полностью

Тем временем флот данов вышел в море и неторопливо двинулся вдоль дорсетских побережий; вероятно, на кораблях находились, как и прежде, пополнение и припасы для осажденного гарнизона. Эти операции весьма напоминали военные кампании прошлого года, только в меньшем масштабе. Некоторые хронисты позднего времени, описывая этот эпизод, рассказывают, что Альфред построил «длинные корабли», набрал команды «пиратов» и перекрыл подходы к Эксетеру с моря, а его войско окружило город на суше. Далее говорится, что викингский флот в сто пятьдесят кораблей с вооруженными воинами на борту сражался с королевскими судами, но викинги устали, целый месяц странствуя по штормовому морю, и потерпели поражение, а их корабли, поврежденные во время боя, затонули у Свонтежа. В таком виде история появляется впервые в хронике, составленной на основе других исторических сочинений в XIII веке монахами Сент-Олбанса. Ничего невозможного в ней нет, но источник ее неизвестен и незамысловатое сообщение Англосаксонской хроники кажется более предпочтительным: «Флот [sciphere] отплыл на запад, но они попали в сильный шторм на море и сто двадцать кораблей погибли у Свонтежа».

Наверняка именно из-за этого кораблекрушения даны, обосновавшиеся в Эксетере, не только предоставили Альфреду столько заложников, сколько он потребовал, и принесли суровые клятвы, но и действительно соблюдали «прочный мир», а ко времени жатвы ушли в Мерсию. Речь идет о лете 877 года, так что даны захватили Эксетер, вероятно, зимой 876-го, а кораблекрушение у Свонтежа произошло, скорее всего, в начале следующего года.

В сентябре 876 года норманны снова появились в Сене, устье которой расположено на другой стороне пролива как раз напротив Уэрхема; их флот насчитывал около сотни больших кораблей-барков (bargas). Хотя Альфред получил передышку, он, должно быть, с тревогой следил за действиями врагов, окружавших Уэссекс со всех сторон. Над ним, как над Дамоклом, о котором он писал в своем переводе Боэция, покачивался обнаженный меч, подвешенный на конском волосе{35}.

Хотя с 867 года основные военные силы викингов концентрировались в Англии и континентальные королевства могли бы какое-то время жить более-менее спокойно, в империи продолжались усобицы, и силы ее растрачивались в бесконечных распрях, вспыхивавших внутри каролингской династии. Если не считать набегов в долине Луары в 868 году, франкские анналисты с 866 по 873 год ничего не сообщают о деяниях норманнов, зато подробно описывают бунты принцев против своих отцов и грязные ссоры Карла Лысого и его брата Людовика Немецкого из-за наследства племянников, сыновей Лотаря I, — Лотаря II, короля Италии, и императора Людовика II.

Лотарь II Итальянский умер в 869 году. В 870 году по мерсенскому договору было разделено Срединное франкское королевство, а в 875-м, когда Людовик II умер, не оставив сыновей, Карл Лысый по приглашению Папы Иоанна VIII отправился в Италию и принял из его рук императорскую корону. При слабости империи папство неуклонно набирало силу. Николай I, сменивший в 858 году на папском престоле Бенедикта III, многое сделал, чтобы поднять престиж Святейшего Престола. Говорили, что со времен Григория Великого Рим не помнил такого Папы. «Он повелевал королями и тиранами и главенствовал надо всем, словно был владыкой мира». Наделенный задатками государственного деятеля, горячий сторонник идеи высшей духовной власти папства, Николай I в течение своего девятилетнего понтификата с несгибаемой твердостью проводил в жизнь непомерные притязания Церкви. Его преемник, Адриан II, занимавший папский престол до 872 года, продолжал его дело. Иоанн VIII, надевший папскую тиару после него, был человеком способным, практичным и деятельным.

Перейти на страницу:

Все книги серии Clio (Евразия)

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное