Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг.

Исходя из заслуживающих доверия свидетельств мы можем установить три непреложных факта: бегство западных саксов из Англии, переход большей части уэссекцкой территории под власть данов и противодействие захватчикам со стороны короля и его воинов, укрывшихся за Селвудом в сомерсетских болотах. Историкам позднейших веков были предоставлены все возможности толковать эти события, строя безосновательные гипотезы о самонадеянности молодого Альфреда, установившего в стране тиранию, о бунте уэссекцев, восставших против его притеснений, и о междоусобных войнах между западными саксами и кельтами, которых они покорили^{36}.

По свидетельству Этельверда, западные саксы бежали через Ла-Манш в «Галлию», то есть во франкские земли, жители которых сами только что купили мир у викингов, обосновавшихся в Сене. По-видимому, беглецы в массе своей были выходцами из Гемпшира, ибо следующей весной только те гемпширцы, «кто не уплыл за море из страха перед язычниками», присоединились к Альфреду у «Камня Эгберта».

Несомненно, большую долю среди бежавших составляли клирики, и позднее многие хронисты писали о епископах, покидавших Англию и увозивших с собой святые мощи и драгоценные вещи из своих церквей. Было ли это действительно так, неизвестно, но печальные истории монахов и священников, скитающихся небольшими группами в надежде спастись от неистовой ярости викингов, в последней четверти IX века едва ли могло кого-то удивить.

Клирики, хранившие тело святого Кутберта, в 878 году еще странствовали со своей священной ношей на севере Англии, и примерно тогда же рака и реликвии святого Колумбы были перевезены с острова Иона в Ирландию, чтобы уберечь их от «чужаков». Говорится, что верденский епископ Дадо, занимавший кафедру с 880 по 923 год, принимал у себя неких ученых бриттов, покинувших свой родной остров, «все обитатели которого либо погибли, либо бежали»^{37}, и за этим фактом, возможно, кроется нечто большее, чем просто любопытное совпадение.

Уэссекцам, которые остались и покорились данам, некоторые историки приписывали рабскую психологию, обвиняя их в измене за то, что они добровольно пошли под ярмо к чужеземцам, но у них, очевидно, не оставалось выбора. По опыту было известно, что сдержать викингов можно только двумя способами: выплатив им большую дань или одержав решительную военную победу, — а на то, чтобы собрать деньги или боеспособное войско, требовалось время.

Через три месяца король был готов действовать, но в тот момент он оказался бессилен, и люди, как могли, приспосабливались к ситуации. Как следует из написанного Альфредом, викинги разоряли и жгли земли к югу от Темзы, расхищали сокровища и книги, изгоняли ученых людей. У нас нет точных сведений о том, что какой-либо из крупных монастырей на юго-западе пострадал от данов, но с середины IX века в перечнях аббатов Мальмсбери и Гластонбери появляются пропуски; возможно, в рассказах Таймера о разорении монастырей и церквей многое соответствует истине.

Из Чипенгема викинги беспрепятственно прошли в Южный Уилтшир, Гемпшир и Дорсет, но Девоншир и, по крайней мере, часть Сомерсета, видимо, объединились вокруг своих элдорменов и поддерживали короля, когда он, предвосхитив Хереварда, укрылся в убежище на западных болотах[32]. Альфред из легенды провел три года в изгнании, пробираясь по дорогам и прячась за изгородями, бродя по лесам и полям, выслушивая попреки от крестьян и слова утешения от святых. Реальный исторический Альфред четыре месяца собирал войска, чтобы нанести решающий сокрушительный удар по главным военным силам данов; одновременно держа оборону в западных землях против сторожевых отрядов Гутрума и постоянно совершая вылазки из своей «крепости на болотах» в Сомерсете.

Между Квантоксом и Полден Хиллс тянется большой участок заболоченных земель: поросшие лесом бугры, возвышающиеся над сырой травяной равниной. Ныне ровные ряды серо-зеленых ив растут вдоль осушительных рвов, и скот пасется на заливных лугах, в тех местах, где во времена Альфреда были болота и топи. Но эта пустынная страна по-прежнему радует глаз первозданной красотой, когда среди тянущихся до горизонта ровных зеленых лугов замечаешь сверкающее зеркальце пруда, блеск воды в ручье или заросли тростника и осоки, ольхи и ивы, которые издали кажутся просто пятнами разных оттенков зелени. У равнин есть своя долгая история. Они хранят память о Седжмурском сражении XVII века, о «короле Монмуте», а к северу от них лежат «артуровские» земли, место действия старых рыцарских романов и легенд — Гластонбери и остров Авалон. В VII веке здесь прятались бритты, «растаявшие, как снег» при победном приближении уэссекцкого короля Кенвалха. Здесь же, в устье реки Паррет, элдормены Сомерсета и Дорсета разбили данов в 845 году. Но чаще всего в этом краю приходит на ум имя короля Альфреда, ибо он тяжко трудился и страдал, скитаясь в здешних землях до того самого дня, пока не вернулся к своему народу, словно воскресший из мертвых.