Читаем Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг. полностью

Альфред в своих литературных трудах употребляет слово «элдормен» в качестве общего термина, передавая с его помощью латинские именования dux, princeps, rector, satrap, subregulus и другие титулы, носители которых наделены властью. В переводе «Обязанностей пастыря»{81} Моисей, предводитель народа израилева, давший ему закон, отказывается от ealrdordom, верховной власти; а в «Утешении философией» о сыновьях Боэция, сенаторах и магистрах, говорится, что они были элдорменами и советниками (getheahteras){82}, — характеристика, полностью применимая к уитэнам, в чью компетенцию входило давать советы королю. Переводя Орозия, Альфред использует то же слово для обозначения военной должности: элдормен Гарпал должен был вести мидийский фюрд против Кира{83}. В древнеанглийской версии «Церковной истории» Беды Достопочтенного patricius переводится как «главный элдормен», а судья, вынесший приговор бриттскому мученику святого Альбана, именуется dema и eldorman{84}. В Англосаксонской хронике Кердик и Кюнрик, родоначальники королевской династии Уэссекса, названы «двумя элдорменами»{85}.

Уэссекцкие элдормены, судя по всему, назначались королем, возможно, с согласия уитэнов. Эта должность не передавалась по наследству, однако оставалась за человеком всю жизнь, при условии, что он вел себя достойно. На элдормена ложилась большая ответственность, и у него были многочисленные обязанности, но он пользовался значительными привилегиями. Элдормен мог получить в свое пользование владения, «прилагавшиеся» к его должности; он, вероятно, имел право на определенную долю доходов от судопроизводства. Согласно законам Альфреда за вторжение в бург элдормена, как и за вторжение во владения епископа, выплачивался штраф в шестьдесят шиллингов (простому тэну полагалось тридцать шиллингов, архиепископу — девяносто и королю — сто двадцать).

Специально оговоренный штраф в сто двадцать шиллингов назначался за драку в присутствии «королевского элдормена» на «моте» (mot) — сходе, собиравшемся для разбора судебных дел; элдормен также получал компенсацию в сто двадцать шиллингов, если «мот» срывался из-за того, что в ходе разбирательства присутствующие брались за оружие. Нарушение мира, установленного элдорменом, или покушение на человека, находящегося под его защитой (borh), каралось штрафом в два фунта (аналогичный штраф, выплачиваемый епископу, составлял три фунта, королю — пять фунтов). Столь высокое положение влекло за собой и соответствующие обязательства. Судя по записям в Хронике, элдормены сражались с данами, ведя в бой людей своего скира, и, если требовалось, отдавали жизнь за свою землю, как берширский элдормен Этельвульф, павший в битве у Энглфилда.

По альфредовским законам элдормен председательствовал на «фолкгемоте», общем сходе жителей данной области; при этом в его распоряжении был младший подчиненный, «помощник королевского элдормена». Если «зависимый» желал сменить господина и переселиться в другое место, на это требовалось разрешение элдормена, и к нему должен был обратиться человек, у которого не было возможности своими силами держать семь ночей в осаде дом своего обидчика (в течение этого срока обидчик мог сложить оружие и предать себя в руки правосудия, избежав мести пострадавшего). Альфред, стремившийся обуздать кровную вражду, ввел этот новый пункт в свои законы.

«Пусть едет к элдормену, — гласит текст, — и просит о помощи. Если тот не захочет ему помочь, пусть едет к королю, прежде чем драться»{86}.

Будучи военачальниками, судьями, стражами порядка и одновременно главными королевскими советниками, элдормены в дни Альфреда, как и в дни его отца, служили связующим звеном между центральной и местной властью. Их, однако, никогда не было слишком много. В уэссекцких грамотах времен правления Альфреда одновременно встречаются, самое большее, подписи восьми элдорменов, обычно же их трое-четверо.

Далеко не всегда удается соотнести имена элдорменов (comites, duces) IX века с конкретной территорией, но в тех случаях, когда это оказывается возможным, мы имеем дело с правителями Дорсета, Сомерсета, Девоншира, Гемпшира, Уилтшира, Беркшира, Суррея, Кента (где должность элдормена была новшеством), Эссекса и Мерсии. Очевидно, в каждом из уэссекцких скиров было по одному элдормену, в Кенте — по всей видимости, двое{87}, а в Мерсии — от трех до пяти. При этом верховным правителем Мерсии являлся Этельред, subregulus и patricius, зять Альфреда.

Перейти на страницу:

Все книги серии Clio (Евразия)

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное