Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг.

Хотя плотность населения была мала и между островками обитаемой земли лежали обширные леса и болота, люди, по крайней мере в земледельческих областях, жили деревнями: их бревенчатые дома и простые мазанки беспорядочно теснились вокруг маленькой деревянной церкви^{144}. В холмистых западных местностях, где преобладало скотоводство, чаще встречались отдельные хутора, и освоение далеких лугов и пустошей еще продолжалось.

Возможно, неким отражением той вековой Англии может служить сообщество английских колонистов нового времени. Сложенные из бревен дома первопоселенцев Западной Канады, разделенные милями девственных лесов или окружавшие грубо сработанную церквушку в поселке лесорубов, неуклюжие запряженные быками повозки, первобытная природа и ежедневное соприкосновение с самыми основами бытия — всему этому можно найти аналоги в далеком детстве страны, где жили предки этих людей.

В современной Англии не осталось практически ничего от культуры и реалий той далекой эпохи. Даже ландшафт и география теперь другие: леса были вырублены, болота осушили, реки со временем нашли новые русла, обмелели или стали более полноводными, и море несколько раз наступало и уходило, меняя очертания берега. Следы земляных укреплений и дорог еще можно отыскать, но деревянные дома германцев не могли соперничать в прочности с римскими каменными сооружениями, на месте которых они были возведены, и от них не осталось даже руин.

Вероятно, в IX веке обычный англосаксонский «двор» представлял собой главный дом с одним помещением — залом или общей комнатой — и пристройкой (или отдельным домиком) для сна, вокруг которого располагались хозяйственные постройки: навесы, лачужки и сараи: в них держали скотину и лошадей, готовили еду и хранили запасы. В бурге королевского тэна помимо главного дома часто имелись башня, кухня и церковь, или домашняя часовня^{145}. Двор менее знатного человека в целом выглядел так же, только построек было меньше и отделка была беднее. Любой «двор» — будь он burh, ham или tun — окружал невысокий земляной вал с частоколом; в целом все строение напоминало современный скандинавский хутор или американское ранчо со множеством деревянных лачужек, домиков, загонов и сараев. Даже дом керла, его tun^{146} или worthing, защищала изгородь (edor), и ему выплачивался штраф за edorbryce, вторжение в его владения, аналогично тому, как тэн или элдормен получали соответствующую компенсацию за burhbryce. В известной истории о гибели Кюневульфа, короля Уэссекса, записанной в Англосаксонской хронике под 755 (757) годом^{147}, помещение для сна находилось достаточно далеко от главного дома: недруг короля успел убить его прежде, чем тэны, расположившиеся в зале, сумели прийти на помощь своему лорду. «Спальный покой» в Уэрдоре, где Альфред выслушивал участников тяжбы, а потом омыл руки, вероятно, представлял собой отдельную комнату, если не специальную постройку; а по словам Ассера, король обычно беседовал с ним, просил его читать вслух или предавался ученым занятиям в своих «покоях» (cambra или camera).

Западносаксонская королевская усадьба также включала в себя множество построек, прекрасное подтверждение этому можно найти в древнеанглийском переводе «Монологов» Августина. Альфред, говоря о «дворце премудрости», добавляет: «Вот так же и в любой королевской усадьбе [ham]: кто-то расположился в спальном покое, кто-то в зале, кто-то трудится на току, кто-то сидит в тюрьме [on carcerne], но все они живут под рукой одного лорда, как солнце в небе одно для всех людей»^{148}.

Королевская усадьба описана здесь как отдельное маленькое сообщество, существующее вполне независимо, однако наибольший интерес представляет тот факт, что частное владение короля уже начинало использоваться для общественных нужд. Тюрьма являлась частью королевского поместья. В законах Альфреда указывается, что человек, нарушивший данную по всей форме клятву, должен провести сорок ночей в тюрьме (on carcerne) в имении (tun) короля, приняв то наказание, которое наложит на него епископ. Если он не может кормиться сам, родичи должны обеспечивать его всем необходимым; а если у него нет ни родичей, ни припасов, его должен кормить королевский герефа^{149}.