Алмарэн

— Если хочешь, можешь идти в пещеру, — предложил я волку, но он пошел за мной, постоянно навострив уши в разные стороны и оглядываясь. И мне очень это не нравилось.

А за пределами заповедной зоны, и я начал прислушиваться.

Что-то тут было не так. Лес стал моим домом, и я знал, когда ему что-то не нравилось.

К сожалению, я понял, в чем дело.

Чуть дальше, слышались голоса людей. Ломались ветки деревьев. Опять лес пилят, что ли? Хорошо нет Алмы, она бы быстро вскрыла то, что было у них на завтрак.

— Пойдем, — я дал команду, и мы параллельно двинулись на звук.

Вскоре голоса переросли в крики. А потом и вопли.

За людьми кто-то охотился. Неужели медведи?

Я побежал быстрее, пока не наткнулся на брошенное на земле одеяло, с остатками пищи. Похоже, люди просто отдыхали. Но кто так их напугал?

— Айден, — я взял в руки это одеяло, — след.

Волк, почуяв запах, тут же бросился вперед, прямо сквозь поваленные и сломанные деревья. Похоже на следы Алмы, но она бы никогда не напала на людей, которые не причиняют вред лесу.

И тут я увидел нечто иное.

В деревьях, на небольшой опушке. Нечто огромное. Белое, как снег.

Это было чудовище, такое же, как Алма, или похожее. Оно задрало голову на длинной шее вверх, и… заглотило чьи-то ноги. Белую морду окропила кровь.

Проглотив человека, существо взревело, расправив крылья, а кто-то рядом с ним, закричал. Там есть живой человек!

Не знаю, что мною тогда двигало, и как в голову ударило одному броситься на это чудовище.

Но когда я подбежал, было уже поздно. Белая голова почти вплотную приблизилась к женщине, с ужасом вжавшейся в дерево.

Вдруг она увернулась, и зубы существа лишь слегка ее задели.

Ее синее платье изорвалось, и поднявшись на ноги, она встала против чудища, обороняясь лишь какой-то толстой веткой.

— Беги! — закричал я ей, и резко выскочив, вонзил копье прямо в шею монстра.

Он взревел, и красные глаза загорелись болью.

Те самые красные глаза, преследующие меня в темноте.

Но человек не двинулся с места. Она стояла, прижимая к груди скомканный плед, и плакала.

— Беги, дура, оно и тебя сожрет! — я чуть глотку не сорвал, но она так и не услышала. Или не хотела слышать. Ее взгляд не сходил с пасти извивающегося чудовища, в котором только что исчез кто-то, ей очень дорогой.

Я до сих пор помню эту копну кудрявых, светлых волос, словно спелая пшеница. И глаза, большие, но такие смелые. То, как она защищала свое сокровище.

Монстр оказался умен. Ловким движением лапы он выдернул копье, и обернулся ко мне. Вот черт.

Айден завыл.

Так он делал, когда звал Алму. И если она не услышит, нам конец.

Я снова бросился в атаку со вторым копьем, но чудовище, уклонившись, с ловкостью змеи, снова ринулось к женщине.

— Тебе там что, медом намазано?

Я двинулся наперерез, и еще бы чуть-чуть и я добрался до нее, но выпад существа был слишком резким.

В последний момент она успела посмотреть на меня. Так спокойно, почти с улыбкой, словно ее жизнь сейчас не прервется.

— Защити, — шепнула она, и я заметил, что пледа в ее руках уже нет.

Щелк.

Крик.

И молодое тело в синем платье оказалось перекушено пополам. Как безвольная кукла она болталась у монстра между ног, пока он не проглотил ее, как игрушку, подбросив вверх.

Тем временем, я остался последним человеком вблизи, и до чудовища это тоже дошло.

Повернув корпус, и обнажив свои клыки, он пошел на меня, осторожно ступая четырьмя когтистыми лапами, как здоровенная кошка. И очень голодная.

Я отступал, держа впереди копье, хотя оно ему, очевидно, не опасней зубочистки.

А за шею он мне отомстит.

За спиной оказались деревья. Бежать некуда.

Внезапно из-за меня выскочил Айден, и вцепился чудовище прямо в правый глаз. Тот взвыл, и с силой сбросил его с себя, поднимаясь на дыбы.

Волк с хрустом ударился об дерево, и безжизненно упал на землю.

Внутри меня все мгновенно сжалось, а в ушах зазвенело.

— Айден! — из моей глотки вырвался нечеловеческий крик, и я тут же оказался подле него. Он не двигался, не дышал. Я прижал серое тело к себе, пытаясь услышать биение сердца. Ничего. Тишина. С края его мордочки потекла еще теплая кровь. Серое тельце больше не двигалось, и обмякло на моих коленях.

О боже, друг.

— Нет, — моя рука зарылась в пушистой груди, — нет!

Одноглазый убийца ревел от ярости, истекал кровью, плюясь слюной, помчался ко мне. А я не мог сделать ничего, кроме как оплакивать моего маленького героя.

И тут небо разразилось громом.

Черная тень, впиваясь когтями, как коршун, атаковала сверху белого монстра. Ее челюсть вгрызлась ему в спину, выдирая куски плоти.

Но соперник был явно очень умен, и тут же опрокинулся на спину, тем самым придавливая Алму. Они соединились в черно-белый клубок, катаясь по поляне. Брызгала кровь, и слюна. Два огромных драконоподобых существа ломали деревья, давя и кусая друг друга.

Каким жалким я был среди этого. Не смогу даже защитить себя, не то, что Алму.

Но и бежать я не мог. Без нее я не уйду.

Белый отбросил Алму к деревьям, а сам поднялся на лапы, весь истекающий кровью.

Замерев, он сначала долго смотрел на выжидающую Алму, а потом на меня. Мне даже показалось, что он улыбнулся.