Аналитика как интеллектуальное оружие

Больше всего о китайской угрозе говорят на Западе, особенно в США, а не в России.

Это одна из серьёзных тем, которой там уделяют постоянное и пристальное внимание. При этом западные политики и политологи вновь и вновь поднимают тему китайской угрозы для России. Они как раз и являются его основными авторами и пропагандистами [Кузык 08]. В самой России много политиков, заявляющих, что в противостоянии Запада и Китая мы должны быть на стороне Запада. В этом вопросе всё очень неоднозначно. И, конечно, желательно, чтобы российские политики помнили о сути китайских стратагем (Приложение 8).

Имеется достаточно фактов для осознания того, что нас просто хотят стравить с Китаем. Возможно, в качестве «пушечного мяса», подобно тому, как США использовали украинцев в Ираке. В этом и есть вся суть. Запад нашими руками хотел бы ослабить и устранить своего глобального конкурента. Самим-то напрямую противостоять Китаю им не хочется, а чужими руками очень удобно и главное – безопасно. Противостояние с Китаем также ослабит и нас. То есть Запад, таким образом, убивает сразу двух зайцев – ослабляет своих основных глобальных конкурентов, и ещё попытается на этом и заработать.

Конечно, китайским мудрецам от стратегии при любых геополитических раскладах тоже хотелось бы реализовать свои стратегические цели – одолеть Север. В китайской военно-политической доктрине «Три Севера, Четыре моря» первый Север – это США. Второй Север – это Североатлантический альянс (НАТО). А третий Север – это Евразия за Уралом. Задача же состоит в том, чтобы Россию (и Евразийский союз, если эта идея будет реализована), в помощь Китаю развернуть против США. Там были бы рады войне России с Западом, которая ослабила бы противоборствующие стороны и позволила бы Китаю добиться желаемого места «мировой державы первого порядка». Для этой войны США уже создают зону нестабильности от Суэцкого канала до китайского Синьцзяна и от Персидского залива до Каспия.

В Китае всей стратегической аналитикой, как захватом будущего, ведает Генштаб. Генштаб Народно-освободительной армии Китая (НОАК) планирует как силовые меры, так и финансово-экономические операции в различных сферах – от текстильно-обувной войны в Европе до войны обменного курса юаня и американского доллара. Генштаб курирует Ассоциацию по изучению международных стратегических проблем, её возглавляет заместитель начальника Генштаба генерал-полковник Ма Сяотянь. Ассоциация занимается аналитикой в сфере международных отношений, выработкой решений для политики китайского руководства. (см. интернет-ресурс: http://www.peremeny.ru/books/osminog/category/nebopolitica).

Аналогичная ситуация возникает и в китайско-индийских отношениях. Индия тоже является потенциальным конкурентом США, значит здесь уже можно убить сразу трёх зайцев. Политика стравливания России и Индии с Китаем направлена на то, чтобы мы во взаимном противостоянии ослабляли друг друга, а Запад был бы на коне. Это старый, но отнюдь не добрый принцип – divide et impera (лат. «разделяй и властвуй»). Если представить на минуту, какую мощь и геополитическое влияние имел бы военно-политический союз России, Индии и Китая, то понятно, что этот союз смог бы держать у себя контрольный пакет на мирное сосуществование. Это очень хорошо понимает Запад, поэтому он всеми силами пытается предотвратить подобный союз, внедряя в массовое сознание миф о китайской угрозе.

По-моему, России необходимо вступить в долгосрочный и тесный военно-политический и экономический союз с Китаем в глобальном геополитическом противостоянии России, Востока и Запада. Союз этот будет чисто оборонительным. Ведь не Китай же с Россией расширяют НАТО и экспортируют по всему миру свою модель демократии, форму правления и ценности, а Запад, прежде всего, США.

Требует отдельного рассмотрения иудейская аналитическая традиция, её тоже можно условно отнести к восточным. Для этого проведём небольшой культурологический экскурс и попытаемся восстановить исторический контекст, сравнив иудейскую традицию с китайской. При всей необычности сближения и сравнивания их семантических, смысловых полей, этот подход не лишён некоторых разумных оснований.

При всём кажущемся географическом и концептуальном различии этих двух интеллектуально-аналитических традиций их роднит весьма многое. Обе эти традиции достаточно закрыты, национально-герметичны: – они не стремились получить сколько-нибудь существенного распространения в других народах, да, похоже, и не нуждаются в этом.