Андреевское братство

Двум хорошо одетым господам мне пришлось отказать, сославшись на то, что жду заказного клиента, а через минуту подошел и тот, кого я высматривал. Невысокий «красный командир», в шинели с тремя большими синими прямоугольниками на обшлагах и при шашке. Не ошибешься. Вероятность, что у моей машины случайно сойдутся одновременно два кавалерийских «полковника», исчезающе мала.

Однако правила остаются правилами.

– У меня дорого, – сообщил я, когда он приоткрыл, как условлено, левую заднюю дверцу. – Если в центр – два рубля. По заставам и дальше – плата в оба конца. Принимаю и валютой.

– Куда скажу, туда и повезешь, а до Лубянки и вообще бесплатно. Развелось эксплуататоров…

Свой человек. И пароль, если кто со стороны услышит, вполне в духе времени. Здешнего…

Устроившись и разместив шашку между колен, связник, не сказав больше ни слова, тоже пристально уставился на растекающихся по площади пассажиров. Иностранцы – к стоянкам извозчиков и такси, соотечественники из прицепных вагонов – к трамвайным остановкам.

– Вон она, – наконец выдохнул красный командир и указал на статную женскую фигуру в накинутом поверх светлого пальто клеенчатом плаще с капюшоном. В руке дама несла небольшой пузатый саквояж.

– За ней, и ни в коем случае не потерять. Трогай…

Незнакомка, грациозно перескакивая через лужи и горки конского навоза, добралась до свободного лихача и села в фаэтон с круглой белой табличкой номера – «47» – над правым задним брызговиком.

– Мое дело руль крутить, а ты смотри, чтоб не соскочила возле проходного двора. Лучше было бы к ней пораньше с умом подойти и в мою машину подсадить…

– Умный больно, – буркнул комполка, – сам знаю, что лучше, что хуже.

Очевидно, он принимал меня за обычного агента «наружки», по-здешнему – филера.

Пока я с совершенно невыносимой скоростью тащился по уличным колдобинам Первой Мещанской за никак не оправдывающим своего звания «лихачом», мой пассажир не произнес ни слова. Тихо сопел за спиной, дымил не слишком ароматной, громко трещащей папиросой. Я, поставив ручной газ на постоянные обороты, старательно выдерживал двенадцать верст в час. Хорошо, что движение здесь такое спокойное. Можно приотстать на квартал-другой, потом легонько нагнать, не опасаясь, что в самый неподходящий момент поток машин отрежет от «клиента».

Только когда миновали Сухаревскую площадь и въехали на узкую, зато гладко вымощенную Сретенку, молчаливый кавалерист зашевелился.

– Когда она выйдет, последуешь за ней. Найдешь способ познакомиться. Изобрази случайного кавалера, искателя приключений. Понаблюдай за ее поведением. Проверься как следует. Если увидишь, что никто за вами не следит, скажешь предварительный пароль. Это знак, что теперь она должна следовать за тобой. Лучше всего – отвези ее в приличное, не слишком людное заведение. Тоже внимательно проверься. Заметишь «хвост» или еще что подозрительное – уходи. Когда сочтешь нужным – назовешь второй, окончательный пароль. После этого она должна передать тебе пакет. И кое-что сообщить на словах.

– К чему такие сложности? Все можно сделать гораздо проще.

– Не твое дело. Получил задание…

– Ты со мной поаккуратнее, – не выдержал я, от возмущения выходя из образа. Тоже мне – нарядился в полковничью форму и вообразил о себе! – Еще не известно, кто кому задания давать будет. А спрашиваю, значит, надо. Учти, в моей власти вообще операцию прекратить, если решу, что она плохо обеспечена…

Он понял, что я действительно не простой исполнитель и нахожусь в своем праве, стал вежлив.

– Я сам не так много знаю. Просто есть предположение, что за ней сейчас две или три чужие конторы охотятся. А то и она сама двойник. Вот и решено ее предварительно как следует проверить. Посмотреть, как себя поведет, что говорить станет. Вдруг на чем и проколется. В сроках ты не ограничен – сколько надо будет, столько с ней и вожжайся, но чтобы завтра до полуночи доложил куда следует…

Совсем забавно. И увлекательно. На подобные коллизии и Александр Иванович меня ориентировал. Когда объяснял, что на агентуру из местных полностью положиться не может, а по-настоящему подготовленных своих людей у него до слез мало. Этот командир, интересно, из «своих» или из «местных»? Скорее – второе, лицо выдает человека не слишком образованного и воспитанного.

– Прикрытие у меня будет какое-нибудь? – спросил я, уже зная ответ.

– Велено передать, что в самом крайнем случае можете пробиваться на Столешников, – ответил, перейдя на «вы», связник. – А так – по обстановке.

– Понял. Тогда – свободен. Светиться не будем. Я теперь ее не потеряю.

– Не получится. Должен до места сопроводить, чтоб знать, в случае чего.

Тут мой спутник оказался умнее меня. В самом деле, дамочка спрыгнет – и в подворотню, я за ней, а там уже ждут. И все концы обрублены. Это я расслабился за спокойные дни…

На подходах к Сретенским воротам поток пролеток и автомобилей стал гуще. Но заодно и стемнело. Так что я смог прижаться вплотную к фаэтону моей подопечной, не опасаясь привлечь ненужное внимание.

Интересно, далеко нам еще ехать и что будет потом?