Андрей Туполев. Полет продолжается

Естественно, что в таких ответственных случаях, как первый полет на опытном самолете, сверху всегда существовал повышенный интерес к сроку готовности самолета к первому вылету. Поэтому самолет обычно попадал с завода на аэродром раньше времени. Это, конечно, увеличивало срок подготовки самолета на аэродроме. Дело в том, что на заводе, как говорится, “все под рукой” для того, чтобы что-то примерить, подогнать и тут же, в цехе, исправить. А тут приходилось некоторые детали для подгонки или исправления возить с аэродрома через весь город на завод и обратно…

Звонок конструктора “наверх” с донесением, что самолет уже на аэродроме, давал некоторое успокоение, правда, ненадолго. Вскоре “сверху” опять следовал звонок с вопросом: “Когда же самолет все-таки полетит?” Все это создавало обстановку, при которой возникала спешка, несомненно, плохо влиявшая на качество работ. У всех людей разная психологическая структура: на одного “подхлестывание” не действует отрицательно, а на другого – влияет, и очень плохо. А “наверху”, видимо, существовало мнение: “Если их не подгонять, то они дольше провозятся”».

17 июня 1934 года самолет «Максим Горький» совершил первый полет. На аэродроме присутствовали Я. И. Алкснис, А. Н. Туполев. Командир корабля заслуженный летчик М. М. Громов, проводивший летные испытания, позднее в том же номере указанной газеты «Правда» будет нахваливать АНТ-20: «Изумительная машина… Управляется величайший в мире самолет удобно, просто».

О самолете говорили, писали, восторгались. Фрагмент из журнала «Техника – молодежи» (1934): «Много трудностей пришлось преодолеть строителям воздушного великана. Но слишком велико было желание сделать самолет, какого еще не видел мир. И это желание, конденсированная техническая мысль советских конструкторов и энтузиазм строителей создали этот заоблачный университет. Все в нем новое, все советское. 7 тысяч лошадиных сил, сходящих с 8 винтов “Максима”, оторвут его могучее тело от земли. Провожающие еще долго будут любоваться его темно-красными плоскостями, огромными буквами “МГ” и пятиконечной звездой. Не успеет воздушный гигант скрыться от взоров провожающих, как на его борту закипит рабочая жизнь. И поплывет он над нашей страной, разбрасывая с борта видимые и невидимые зерна социалистической культуры – листовки и музыкальные звуки, смелые большевистские мысли…»

Знал ли об этом чудо-самолете сам писатель Алексей Максимович Горький? Конечно, знал. Однако «прокатиться» на одноименном воздушном судне не спешил. По словам А. Барто, он говорил в преддверии съезда писателей: «Вот съедутся писатели со всех сторон, со всех городов, а Максим Горький прилетит на самолете “Максим Горький”».

На самолете во время визита в СССР совершил полет Антуан де Сент-Экзюпери. Французский писатель и авиатор отмечал хорошую управляемость машины.

А. Н. Туполев был уверен в надежности своего самолета, и уже на третий день после начала испытаний, 19 июня 1934 года, «Максим Горький» участвовал в параде в честь возвращения героев-челюскинцев.

М. М. Громов и Н. С. Журов на этом самолете в 1934 году установили два мировых рекорда, подняв грузы массой 10 и 15 тонн на высоту 5000 м. В дальнейшем предусматривалось серийное производство АНТ-20. Это означало, что он должен был отвечать требованиям простоты и дешевизны. Использоваться в качестве пассажирского самолета на 60–70 пассажиров для трасс с большим пассажиропотоком; грузовоза – для перевозки наиболее ценных и важных народнохозяйственных грузов.

Но всего этого не случилось. Ибо 18 мая 1935 года состоялся полет над Москвой. Последний полет «Максима Горького». Было ясное воскресное утро. Места в экзотическом самолете заняли ударники труда, строившие эту машину, и члены их семей. Летчики Иван Михеев и Николай Журов подняли машину в воздух. Самолет «Максим Горький» сопровождали самолеты И-5 и Р-5 с кинооператором на борту, полет снимали для кинохроники.

Нарушая правила безопасности, летчик истребителя И-5 Н. П. Благин стал выполнять петлю Нестерова вокруг крыла гигантского «Максима Горького». Не рассчитав, он врезался в крыло. От удара, разломившись на несколько кусков, самолет-гигант упал в лес. Недалеко от нынешней станции метро «Сокол».

Цитирую Николая Боброва из книги «Летчик Михеев», вышедшей в 1936 году: «Грохот падения и разрыва металла достиг аэродрома. Ужас охватил всех, находившихся там. Сдерживая подступающие к горлу рыдания, со всех сторон бежали люди к груде бесформенных обломков, к тому, что осталось от стройного организма, к обломкам самолета, еще несколько минут тому назад парившего высоко в небе красивой птицей в гордом состоянии величавого полета; к трупам тех, кто еще недавно улыбался, разговаривал, жил и работал, был активным участником радостной стройки нашей страны…»