Андрей Туполев. Полет продолжается

Еще один важный момент: А. Н. Туполева называли «ключ от тюрьмы». И вот почему. В Верховном Совете Андрей Николаевич возглавлял Комиссию по помилованию. Туполеву приходило огромное количество писем с просьбами об освобождении репрессированных. Он посылал ходатайства, звонил по телефону, просил в личных беседах за этих людей, если те действительно были осуждены незаслуженно.

Сам в заключении он пробыл почти четыре года. Считалось, что после заключения, на свободе, он не держал ни на кого обид. Даже в кругу семьи ни на кого не жаловался. Он говорил: «Любить надо ту Родину, которая есть!»

Как уже говорилось, Андрей Николаевич не любил обсуждать тему репрессий, но другу Л. Л. Керберу, с которым проработал бок о бок несколько десятков лет и который тоже познал репрессии, иногда открывался. Из воспоминаний А. Н. Туполева:

«Меня долго держали на Лубянке, в одиночке. Потом перевели в Бутырки. Стало легче и труднее, все-таки кругом люди… Нет, меня не били, только подолгу держали на стойке – а ведь мне тяжело – я грузный. Стоишь, а следователь бубнит свое: “Пиши, б…, кому продал чертежи?! Сколько тебе заплатили? Пиши, не стесняйся, твои дружки Архангельский, Сухой, Петляков, Мясищев давно раскололись, продали тебя. Один ты упорствуешь, колись, самому легче будет…” …Знаешь, такой тупой маньяк долдонит, а я стою, ноги болят, глаза закрываются – спать хочется, стою и думаю: кажется, всю жизнь только и делал, что строил для них самолеты, нет, не для них, для своей страны. Конечно, были просчеты, не все удавалось, но ведь без этого в жизни не бывает. Знаешь, я очень люблю строгать ножичком палки. Строгаешь, строгаешь, иной раз такую мерзопакость выстругаешь – оторопь возьмет, плюнешь и выбросишь. Так ведь это палка, а самолет-то – посложней… Кроме того, дадут задание, а затем давай его уточнять. Баранов – одно, Рухимович – другое, Алкснис – свое, Ворошилов – свое, Орджоникидзе – опять что-то новое, и наконец доложат ему (имея в виду руководство), а оттуда еще что-то неожиданное… И вот после этого как посмотришь на вывезенную в поле машину, как увидишь, что дострогали ее до ручки, так и остается одно – делать новое».

Согласно обвинению, Туполев «возглавлял антисоветскую вредительскую организацию в авиационной промышленности, проводил и диверсионную работу в области самолетостроения и занимался шпионажем в пользу Франции». Также авиаконструктора обвиняли в подрыве экономики и создании контрреволюционной организации. Согласно НКВД, Андрей Николаевич был опасным государственным преступником, изменником Родины, который делился секретами самолетостроения не только с французами, но и с немцами. У них не было и сомнений в том, что один из истребителей В. Мессершмитта, немецкого авиаконструктора, сделан по чертежам Туполева.

В продолжение темы: в 1940 году Туполев присутствовал на выставке немецкой авиационной техники в Москве. Тогда, увидев истребитель «Мессершмитт-110», в присутствии сотрудников НКВД он с сарказмом сказал: «Ну, наконец-то я увидел свой самолет!»

Судили Туполева самые безжалостные члены коллегии – В. В. Ульрих, И. О. Матулевич, А. М. Орлов и А. А. Батнер. 28 мая 1940 года объявили приговор: 15 лет тюрьмы и 5 лет поражения в правах. Также приняли решение о лишении Туполева полученных им наград и орденов.

* * *

В книге М. А. Маслова «Король истребителей. Боевые самолеты Поликарпова» описан интересный случай. В ноябре 1934 года на Ходынское поле под Москвой приехал Сталин. Его сопровождали Каганович, Орджоникидзе, Микоян и другие советские лидеры. Делегация наблюдала за показательным полетом советского истребителя И-16. «Так что, нужен нам такой самолет?» – спрашивал Сталин после полетов. «Очень нужен, товарищ Сталин!» – все дружно отозвались.

Предварительную работу основательно провело ОГПУ. Конструкторское бюро, в котором разрабатывался самолет, находилось в Бутырской тюрьме. Именно туда поместили группу ведущих советских специалистов, в том числе и Николая Поликарпова, как «вредителей социалистического общества». Цель была сатанинская – выжать из ученых голов конструкцию боевого летательного аппарата.

М. А. Маслов пишет: «Возможно, для своей изощренной затеи в качестве образца Менжинский (в то время председатель ОГПУ) использовал историю создания американского двигателя “Либерти”. В США для разработки этого двигателя привлекли лучших инженеров и заперли в одной из вашингтонских гостиниц… Двигатель был спроектирован и изготовлен буквально за один месяц». Сталинские смотрины на Ходынке увенчались успехом. Поликарповской машине был дан зеленый свет, и за семь лет, с 1934 года, было выпущено около десяти тысяч И-16. Оснащены они были американскими моторами.

Есть и такая версия, которую отразил в своей книге о Туполеве Н. Бодрихин:

«Причина ареста Туполева, возможно, крылась не только в надуманных обвинениях, но и в прагматичном насильственном подходе, когда людей заставляли творчески работать в условиях заключения. Автором создания тюремных КБ некоторые исследователи называют председателя ОГПУ В. Р. Менжинского…