Андрей Туполев. Полет продолжается

Из стенограммы июльского пленума ЦК КПСС, 2–7 июля 1953 года

Высказывания В. М. Молотова об А. Н. Туполеве

«Молотов. […] Туполев посидел вредителем, а теперь самолеты нам делает. Когда увидел, как дело обстоит, что надо работать на эту власть, то стал работать, и дай бог ему здоровья, пусть себе работает.

Он теперь уже не тот человек, новый человек. Но человек, который интересуется не только узкой отраслью, а хочет быть в числе руководящих государственных деятелей, обязательно должен быть коммунистом. Он обязательно должен чем-то заслужить доверие, подняться. Другого выхода нет. У нас одна партия, она выдвигает, она ставит людей, она популяризирует, она дает работу»[60].

Напомню, что этот пленум был посвящен разоблачению арестованного накануне Л. П. Берии. Свержение Никитой Хрущевым самого Молотова как «антипарийного заговорщика» произойдет через четыре года, в 1957 году.

Много позже Молотов так прокомментирует арест Туполева (по книге Ф. И. Чуева «Солдаты империи: Беседы. Воспоминания. Документы»):

«Мне доводилось много беседовать на эту тему с В. М. Молотовым и Л. М. Кагановичем, занимавшими при И. В. Сталине крупнейшие посты в государстве и партии.

– Почему сидели Туполев, Стечкин, Королев? – спросил я у Молотова.

– Они все сидели, – ответил Вячеслав Михайлович. – Много болтали лишнего. И круг их знакомств, как и следовало ожидать… Они ведь не поддерживали нас. В значительной части наша русская интеллигенция была тесно связана с зажиточным крестьянством, у которого прокулацкие настроения – страна-то крестьянская.

Тот же Туполев мог бы стать и опасным врагом. У него были большие связи с враждебной нам интеллигенцией. И если он помогает врагу и еще, благодаря своему авторитету, втягивает других, которые не хотят разбираться, хотя и думает, что это полезно русскому народу… А люди попадают в фальшивое положение. Туполевы – они были в свое время очень серьезным вопросом для нас. Некоторое время они были противниками, и нужно было еще время, чтобы их приблизить к Советской власти. Иван Петрович Павлов говорил студентам: “Вот из-за кого нам плохо живется!” – и указывал на портреты Ленина и Сталина. Этого открытого противника легко понять. С такими, как Туполев, сложнее было. Туполев из той категории интеллигенции, которая очень нужна Советскому государству, но в душе они – против, и по линии личных связей они опасную и разлагающую работу вели, а даже если и не вели, то дышали этим. Да они и не могли иначе!..

Теперь, когда Туполев в славе, это одно, а тогда ведь интеллигенция отрицательно относилась к Советской власти. Вот тут надо найти способ, как этим делом овладеть. Туполевых посадили за решетку, чекистам приказали: обеспечивайте их самыми лучшими условиями, кормите пирожными, всем, чем только можно, больше, чем кого бы то ни было, но не выпускайте! Пускай работают, конструируют нужные стране военные вещи. Это нужнейшие люди. Не пропагандой, а своим личным влиянием они опасны. И не считаться с тем, что в трудный момент они могут стать особенно опасны, тоже нельзя. Без этого в политике не обойдешься. Своими руками они коммунизм не смогут построить…»

По мнению Молотова, Туполева арестовали за отсутствие лояльности к советской власти, что выражалось в антисоветских разговорах, за связи с такими же нелояльными людьми из среды советской интеллигенции. Тут явно проглядывается и классовый подход товарища Молотова. Дескать, Туполевым движут «прокулацкие» настроения… Однако без Туполевых, по словам Молотова, советской власти не обойтись, поэтому она изолирует таких, создает им особые условия: «Особое техническое бюро при НКВД СССР».

В общем-то, чего хотели Политбюро и НКВД от Туполева – лояльности к советской власти, того они с успехом добились. Мало того, власть его впоследствии за создание самолета обласкала, наградила, присвоила чин генерала. Как говорится: все при своих. Все довольны. Тем не менее в партию Туполев так и не вступил.

* * *

Перемещаясь по вехам истории вперед, приведу воспоминания о той незабываемой жестокой поре репрессий в одном из интервью дочери Туполева Юлии Андреевны. Тут и про арест отца и матери, и про отношение к власти: