Андрейка

Он хоть и встречал Андрейку в местечке, но всего один или два раза и сейчас не узнал. Одежда на нем была старая, вся в пыли.

Андрейка обернулся. Видя, что обращаются к нему, остановил коней.

— Где тут наши работают? — спросил Михась.

— А кто такие ваши?— Андрейка узнал Михася, сына секретаря райкома партии.

— Смолянские ученики...

— Не знаю,— холодно ответил Андрейка. Ему не понравилось, что с ним заговорили таким тоном.

— Подожди, не задавайся,— сказал Михась.— Ты здешний?

— Сам ты задавака, да еще здешний! — тихо ответил Андрейка и дернул вожжи.

Кони медленно пошли вперед, в другую сторону загона.

Михась и Юрик переглянулись.

— Кто же это такой? — спросил Юра.— Очень уж задиристый...

— Подождем, пока развернется, как следует поговорим,— солидно ответил Михась.— Видно, какой-нибудь приезжий...

«Газик» чуть слышно ворчал работающим мотором.

Андрейка развернулся, подогнал легким взмахом кнута коней и начал новый круг. Но тут же спохватился — нужно было приблизиться к самой машине. Недолго думая, он остановил лошадей, отошел немного в сторону от борон и крикнул:

— Отгоните, пожалуйста, машину: кони пугливые...

Но Михась и Юрка ничего не ответили и не передали Андрейкину просьбу шоферу, собираясь, как видно, поиздеваться над пареньком.

«Ну что ж, — решил Андрейка, — пускай кони малость отдохнут... Посмотрим, кто кого перестоит».

Он повернулся спиной к мальчишкам и присел на одну из борон. В ногах ощущалась усталость. Отдохнуть немного и ему не мешало.

Увидав такой поворот событий, Михась не на шутку рассердился.

— Идем! — приказал он Юрику.

И они двинулись через все поле к Андрейке. Тот молча сидел и не смотрел в их сторону. Мальчишки приближались. Вот послышались их шаги и голоса. Андрейка встал.

— А, это ты, партизан,— сразу спокойнее заговорил Михась, наконец узнавший Андрейку.

— Я, — не без обиды ответил Андрейка.

— Значит, наши... — запнулся Михась, — тут работают...

— Они-то работают, а вы на машине катаетесь...

— Мы хотели только узнать, где вы все, чтобы завтра выйти на работу, — схитрил Михась. Он начинал отступать.

Юрик же не сводил глаз с Андрейки, о котором так много знал из писем отца. Уж очень колючим он казался ему.

— А он только вчера приехал, — показал Михась на Юрика.— Знакомьтесь, это Юра Лобанов.

— Я о тебе уже знаю, — сказал Юрик, внимательно вглядываясь в Андрейку.

— Теперь и я о тебе знать буду, — загадочно ответил Андрейка.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Михась.

— То самое...

— А все же? — поддержал Михася и Юра.

— Сами не работаете, а другим мешаете... На машине раскатываете, как начальство...

Эти слова Андрейка произнес сердито. Он чувствовал себя правым.

— А ты не очень! — первый не выдержал Михась. Он был на год старше Андрейки и казался более сильным.

Но Андрейка лишь поглядел на него и ничего больше не сказал. Посмотрел и на Юрика. Был тот немного похож на отца своего Мартына. Кряжистый, крупнолицый, с пухлыми губами и черными быстрыми глазами.

— Чего пристал?.. Ну что ж, попросили шофера, и он согласился нас подвезти,— примирительно сказал Юра.

— Ладно... Пускай... А мне работать не мешайте,— категорически заявил Андрейка и тронул лошадей.— Отгоните машину, а то...

— Что «а то»?— Михась придвинулся к Андрейке.

— Отцу скажешь? — спросил Юрик.

— Посмотрю. Может, и скажу.

— Погоди, Андрей. — Юра пошел рядом с ним. — Ты не очень... Будто и мы тоже не умеем работать...

И хотя в голосе мальчика Андрейка почувствовал намерение пойти на полное примирение, он коней не остановил. Не мог простить то, что оба они, и Михась и Юрик, сев в машину, заважничали, посчитали себя невесть кем. Пускай почувствуют, что не с трусом имеют дело. Андрейка хлестнул лошадей вожжами и быстрее зашагал следом.

— Ладно, мы еще встретимся,— долетел до него голос Михася.

Тем временем «газик» уже давал задний ход для разворота в обратную сторону.

V

Варваре Максимовне хотелось как можно скорее увидеть Андрейку, поговорить с ним, приласкать. Еще не видев его, она уже испытывала к мальчику нежные, материнские чувства.

А Мартын все эти дни только и рассказывал об Андрейке, его нелегкой судьбе, боевых делах. Эти рассказы внимательно слушали все, особенно Нина. Только Юрик иногда незаметно морщился. А однажды не выдержал и сказал:

— И я, если б был на его месте, так же делал бы...

— Как же ты там мог быть, — вздохнула Варвара Максимовна,— когда я увезла тебя в такую даль...

— Счастье ваше,— вмешался Мартын,— что мама успела это сделать. Иначе кто знает, что с вами было...

— Да что они понимают! — сказала Варвара Максимовна.

— Всё, всё понимаем, — возразила шустрая Нина.

— Теперь — конечно, — задумчиво добавил Мартын, — подросли, поумнели... А Андрей, брат, с первых дней войны — партизан. Вот и к награде представлен... А сколько пережил! Мать погибла, об отце, фронтовике, ничего не знает.