Англия. Полная история страны

Этот король много лет прожил в гражданском браке с актрисой Дороти Джордан и нажил с ней десять детей, а вот законного наследника мужского пола у него не было.

Кстати, одним из потомков Дороти Джордан и Вильгельма IV является недавний британский премьер-министр Дэвид Кэмерон. У них была дочь Элизабет Фицкларенс, родившаяся в 1801 году. Она стала супругой Уильяма Хэя, 18-го графа Эррол, и имела четверых детей – так вот Дэвид Кэмерон является ее потомком.

Соответственно, после смерти Вильгельма IV престол Великобритании, переходя в женскую линию, должен был разделиться с Гановeрским, который на основании закона не был наследствен в женском колене.

Так королевой стала Виктория, дочь Эдуарда, герцога Кентского, четвертого сына короля Георга III.

Королева Виктория

Виктории 24 мая 1837 года исполнилось восемнадцать лет. В день смерти Вильгельма IV она записала в своем дневнике: «В шесть часов меня разбудила мама, которая сказала мне, что архиепископ Кентерберийский и лорд Конингем здесь и хотят видеть меня. Я встала из кровати, пошла в мою гостиную (в одном халате) и одна и увиделась с ними. Лорд Конингем затем рассказал мне, что мой бедный дядя, король, больше не с нами, и ушел в двенадцать минут третьего этим утром, и следовательно я – королева».¹⁸⁰

Виктория появилась на свет в Кенсингтонском дворце 24 мая 1819 года. Ее родители, Эдуард, герцог Кентский, и Виктория Саксен-Кобургская, проделали долгое и трудное путешествие из Германии специально для того, чтобы ребенок родился именно в Лондоне.

В это время Англия только что вышла победительницей из своего нескончаемого экономического и военного противостояния с Наполеоном. Континентальная блокада долгое время вынуждала страну полагаться на собственные силы в области сельского хозяйства, на свои шахты, на свою промышленность. Более восемнадцати миллионов жителей страны делали все возможное, чтобы заставить как можно лучше работать все винтики этого механизма, в то время как остальная Европа старалась наверстать свою научную и техническую отсталость.

Генри Танворт Уэллс. Виктория получает весть о том, что стала королевой. 1887. Галерея Тейт, Лондон

Конечно, в этом ускоренном процессе преобразования и механизации бедные испытывали еще больше лишений. Покидая свои деревни, они собирались в пригородах Манчестера или Лондона, чтобы каждый день на рассвете идти на заводы, с которых они возвращались с наступлением ночи изнуренные и опустошенные. Двенадцать-пятнадцать часов адского труда в сутки, а их новые патроны, буржуа, подталкиваемые конкуренцией и погоней за прибылью, готовы были нанять на их место за ничтожную зарплату даже женщин и маленьких детей.

Что касается элиты страны, дворянства, то оно пребывало под грузом традиций, в праздности предаваясь различным удовольствиям, в частности, такой очень дорогостоящей «игре», поддерживаемой дряхлыми законами, которая позволяла консервативной партии посылать в Парламент представителей, выбранных всего несколькими избирателями. Очевидно, имели место взрывы недовольства, иногда весьма жестокие, со стороны эксплуатируемых, но англиканская церковь умела успокаивать подобные импульсы и ставить мятежников на место. Все казалось, таким образом, достаточно хорошо организованным и полным здравого смысла, чтобы существовало королевство, в котором всем правила эффективность.

Английский здравый смысл – это унаследованная глупость отцов.

Оскар Уайльд

При этом, по словам жены русского посла, королевский дом Англии в первой трети XIX века напоминал ей приют сумасшедших под предводительством короля – беспробудного пьяницы. Правда, и у его предшественников дела шли не лучше. Представители Ганноверской династии вообще отличались весьма странным поведением, некоторые из них были попросту психически ненормальны. И если бы дело продолжалось так и дальше, возможно, сегодня о британской монархии пришлось бы упоминать исключительно в прошедшем времени.