Антология самиздата. Неподцензурная литература в СССР (1950-е — 1980-е). Том 1. Книга 1.

Есть в стане моем — офицерская прямость,Есть в ребрах моих — офицерская честь.На всякую муку иду не упрямясь:Терпенье солдатское есть!Как будто когда-то прикладом и стальюМне выправили этот шаг.Недаром, недаром черкесская тальяИ тесный ремённый кушак.А зорю заслышу — Отец ты мой родный!Хоть райские — штурмом — врата!Как будто нарочно для сумки походной —Раскинутых плеч широта.Всё может — какой инвалид ошалелыйНад люлькой мне песенку спел…И что — то от этого дня — уцелело:Я слово беру — на прицел!И так мое сердце над Рэ-сэ-фэ-сэромСкрежещет — корми — не корми! —Как будто сама я была офицеромВ Октябрьские смертные дни.Сентябрь 1920

Чужому

Твои знамена — не мои!Врозь наши головы.Не изменить в тисках ЗмеиМне Духу — Голубю.Не ринусь в красный хороводВкруг древа майского.Превыше всех земных ворот —Врата мне — райские.Твои победы — не мои!Иные грезились!Мы не на двух концах земли —На двух созвездиях!Ревнители двух разных звезд —Так что же делаю —Я, перекидывая мостРукою смелою?!Есть у меня моих иконЦенней — сокровище.Послушай: есть другой закон,Законы — кроющий.Пред ним — все клонятся клинки,Все меркнут — яхонты.Закон протянутой руки,Души распахнутой.И будем мы судимы — знай —Одною мерою.И будет нам обоим — Рай,В который — верую.Москва, 28 ноября 1920

«Целовалась с нищим, с вором, с горбачом…»

Целовалась с нищим, с вором, с горбачом,Со всей каторгой гуляла — нипочём!Алых губ своих отказом не тружу,Прокаженный подойди — не откажуПока молода —Всё как с гуся вода!Никогда никому:Нет!Всегда — да!Что за дело мне, что рваный ты, босой:Без разбору я кошу, как смерть косой!Говорят мне, что цыган — ты — конокрад,Про тебя еще другое говорят…А мне что за беда —Что с копытом нога!Никогда никому:Нет!Всегда — да!Блещут, плещут, хлещут раны — кумачом,Целоваться я не стану — с палачом!Москва, ноябрь 1920

(Взятие Крыма)

И страшные мне снятся сны:Телега красная,За ней — согбенные — моей страныИдут сыны.Золотокудрого воздевРебенка — материВопят. На папертиНа стягПурпуровый маша рукой беспалойВопит калека, тряпкой алойГорит безногого костыль,И красная — до неба — пыль.Колеса ржавые скрипят.Конь пляшет, взбешенный.Все окна флагами кипят.Одно — завешено.Ноябрь 1920

«Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь!..»