Атомный век Игоря Курчатова

Искать защиты смысла не было – все знали дежурную на такие случаи фразу председателя ПГУ: «Ты можешь пожаловаться на меня Берии или Сталину, а мне жаловаться некому, с меня Сталин спрашивает, как тебе и не снилось, так что не обижайся» [412, с. 167].

В этот раз, когда Берия вместе с руководством ПГУ приехал на 813‐й завод в заметно взвинченном состоянии, души у многих, что называется, затрепетали. А уж когда он, выслушав доклады, объявил: «Всё, что вы просили и требовали, страна дала в избытке при всех трудностях. Поэтому даю вам сроку три месяца на решение всех проблем по пуску завода. Но предупреждаю: не выполните – готовьте сухари. Пощады не будет», – все восприняли эти слова предельно серьёзно [3, с. 391].

Письмо И.В. Курчатова Л.П. Берии об установлении уран-графитового котла на Урале.

[Из открытых источников]

Многих продёрнуло холодком по позвоночнику. И сухари не понадобились – все лихорадочно, но при этом весьма целенаправленно забегали. Не только на самом комбинате, но и на смежных производствах. И с 92‐го завода от Амо Еляна пришло оборудование необходимого качества.

И вот что значит волшебная сила бериевского гнева. В октябре он дал сроку три месяца, а уже к концу осени была получена первая партия обогащённого до 30 % урана. Больше четырёх килограммов.

Тогда же параллельно заработавшей первой очереди производства, Д-1, стали строить другую – Д-3. С использованием трубчатых фильтров, которые повышали мощность машин в два – два с половиной раза.

Справились, хотя и на три года позже запланированного 1947‐го…

* * *

А к войне Штаты готовились совершенно неиллюзорно. Планы ядерных бомбардировок СССР – «Тоталити», «Пинчеры», «Бушвэкеры», «Кранкшафты», «Хафмуны», «Когвиллы», «Оффтэки», «Чариотиры» и другие, со зловещим постоянством, ежегодно, а то и по паре раз в год сменявшие друг друга ещё с декабря 1945 года, – все они разрабатывались не фантазёрами, а военными в комитетах и штабах. И не от избытка свободного времени генералы этим занимались, а во исполнение директивы Объединённого комитета начальников штабов США. В коей постулировалось, что «наиболее эффективным оружием, которое Штаты могут использовать для нанесения удара по Советскому Союзу, являются имеющиеся в наличии атомные бомбы» [289].

Да и слова президента США Гарри Трумэна после успешного испытания ядерного заряда 16 июля 1945 года: «Наконец-то у меня есть дубина против этих русских парней!» – были в Москве прекрасно известны [290].

При этом, как доводилось до руководителей Атомного проекта – прежде всего военных, но и до гражданских, естественно, доходило, – с каждым американским новым планом список советских городов в качестве целей для ядерных бомбардировок неумолимо возрастал. Как и количество предназначенных для них бомб: от 20–30 ядерных фугасов на 20 советских городов в первоначальных диспозициях до 300 по 200 целям в 100 городах по плану «Дропшот» 1949 года.

Кое-кто из грамотных военных – а неграмотных в Атомный проект не брали – выражал, правда, мнение, что американцы блефуют. Разведка не подтверждала наличия у них такого количества атомных бомб, которое потребно было для накрытия всех заявленных целей. Тем более что американцы в своих планах выделяли довольно значительный процент атомного тоннажа на уничтожение чисто военных целей, прежде всего аэродромов. Скептики не исключали, что янки специально допускали утечки информации о содержании таких планов, дабы сделать советское руководство посговорчивее. Кризисы после войны возникали со зловещей регулярностью: то Иран, то Китай, то Восточная Европа. Вот и стремился Вашингтон хотя бы таким манером усилить свои переговорные позиции. В природе это у американцев, в характере – держать пистолет у виска другой стороны.

Рапорт П.М. Фитина наркому госбезопасности СССР В.Н. Меркулову об испытании в США атомной бомбы. [Предоставлено СВР РФ]

А тут ещё чехословацкий кризис 1948 года, завершившийся образованием чисто коммунистического правительства. Победа коммунистов в Венгрии, Румынии и Польше, генеральное наступление Народно-освободительной армии в Китае, образование двух Корей, начало арабо-израильской войны… Наконец, блокада Западного Берлина с приведением вооружённых сил в повышенную боевую готовность.

События исторического масштаба, одно за другим резко обострившие конфликт между Западом и Востоком, уже названный «холодной войной». И Главное командование ВВС США представляет Объединённому комитету начальников штабов оперативный план нападения на СССР до 1 апреля 1949 года.