Аврора, или Утренняя заря в восхождении

9. Смотри, вот истинный единый Бог, из которого ты сотворен и в котором живешь: когда ты взираешь на глубину, на звезды и на землю, то видишь своего Бога, и в этом-то Боге ты и живешь, и существуешь, и этот Бог правит тобою, и от этого Бога имеешь ты и чувства свои, и ты – тварь из Него и в Нем, иначе ты был бы ничем.

10. Ты скажешь теперь, что я пишу по-язычески: слушай же, и смотри, и замечай разницу, ибо пишу я не язычески, а философски, а также я не язычник, но имею глубокое и истинное познание единого великого Бога, который есть все.

11. Когда ты взираешь на глубину, на звезды, стихии и землю, ты не постигаешь своими глазами светлого и ясного Божества, хотя Оно и там, и во всем этом; но ты видишь и постигаешь своими глазами прежде всего смерть, а затем гнев Божий и адский огонь.

12. Если же ты возвышаешь мысли свои и думаешь о том, где Бог, ты постигаешь звездное рождение, в котором любовь и гнев движутся друг против друга. Когда же ты черпаешь веру в Бога, правящего в святости в этом правлении, то прорываешься сквозь небо и достигаешь Бога в святом Его сердце.

13. Когда же это происходит, то ты бываешь как всецелый Бог, который есть сам и небо, и земля, и звезды, и стихии; и обладаешь в себе таким же правлением, и бываешь таким же лицом, как всецелый Бог в месте сего мира.

14. Ты спросишь теперь: как мне понять это? Ведь царства Божие и адское, или диаволово, различны друг от друга и не могут быть одним телом? А также и земля и камни не суть Бог, равно как и небо и звезды, а также стихии, и еще менее того может быть Богом человек, иначе он не мог бы быть изгнан Богом. Здесь я по порядку изложу тебе основание; запомни свой вопрос.

О звездном рождении и рождении Божием

15. До времен сотворения неба, и звезд, и стихий, а также до сотворения ангелов не было такого гнева Божия, а также ни смерти, ни диавола и не было ни земли, ни камней, а также не было и никаких звезд; но Божество весьма кротко и любовно рождало себя и слагало в образы, которые сплачивались сообразно неточным духам с их рождением, борьбою и восхождением, а также вновь исчезали из-за своей борьбы и слагались в иные образы – все это сообразно тому, какое каждый неточный дух имел первенство, как ты можешь прочесть выше.

16. Но заметь здесь точно: суровое и строгое рождение, откуда возникли гнев Божий, ад и смерть, поистине было в Боге от вечности, но не возжженным или мятежным. Ибо всецелый Бог пребывает в семи видах, или в семи разных образах, или рождениях; и если бы не было этих рождений, то не было бы и никакого Бога, а также ни жизни, ни ангелов, ни какой-либо твари.

17. И эти рождения не имеют начала, но от вечности всегда так рождались; и по этой глубине сам Бог не знает, что Он есть. Ибо Он не знает никакого начала, а также ничего подобного себе и никакого конца.

18. Из этих семи рождений во всем ни одно не есть первое, а также ни одно – второе, третье и последнее; но каждое из всех семи есть и первое, и второе, и третье, и четвертое, и последнее. Однако по тварному роду и образу я принужден помещать их одно за другим, иначе ты не поймешь этого, ибо Божество подобно колесу из семи вделанных друг в друга колес, где не видно ни начала, ни конца.

19. Теперь заметь: во-первых, есть терпкое качество; оно непрестанно рождается шестью прочими духами, в себе самом оно жестко, холодно, остро, как соль, и еще намного острее; ибо тварь не может достаточно постигнуть его остроту, так как в твари оно не бывает одним и естественным; но я знаю, каково оно по роду возжженного адского качества. Это терпкое острое качество стягивает воедино и сдерживает в Божественном теле формы и образования и иссушает их, так что они пребывают.

20. Второе порождение есть сладкая вода, и она также рождается из всех шести духов, ибо она есть кротость, рождаемая из прочих шести, и выжимается в терпком рождении, и непрестанно вновь зажигает, и гасит, и укрощает его, чтобы оно не могло проявить своей терпкости, каковую силу оно имело бы вне воды в своей собственной остроте.

21. Третье порождение есть горечь, происходящая из огня в воде, ибо она трется и скорбит в терпком и жестоком холоде и делает холод подвижным, откуда и возникает подвижность.

22. Четвертое порождение есть огонь: он происходит из подвижности или трения в терпком духе; и он остро-жгуч, а горечь колюча и неистова. Когда же огневой дух так неистово трется в терпком холоде, то бывает там скорбное, ужасающее, дрожащее и островраждебное порождение.

23. Заметь здесь глубоко, ибо я говорю здесь по диавольскому роду, как если бы свет Божий еще не зажегся в четырех этих видах, как если бы Божество имело начало; но я не могу иначе, и лучше научить тебя, чтобы ты это понял.