Читаем Автобиография Земли. 4,6 миллиарда лет захватывающей истории нашей планеты полностью

Биологи определяют вид как совокупность организмов, способных свободно скрещиваться друг с другом и давать плодовитое потомство, передавая потомкам свои гены и создавая генофонд вида. Тем не менее в классические времена шла долгая дискуссия о том, какая совокупность организмов является видом, а какая – нет[306]. Современное определение вида применимо к организмам, у которых есть половое размножение; под это определение не подпадают бактерии (как один из примеров недостаточности значения термина).

Дарвин и британский натуралист Уоллес, занимавшийся изучением Южно-Тихоокеанского региона, были первыми, кто в своей работе выделили естественный отбор как главный механизм эволюции. Действие естественного отбора направлено на сохранение и закрепление в популяции признаков или групп генов, обеспечивающих адаптивные преимущества или стратегии и способствующих выживанию организмов в конкретных условиях среды. Естественный отбор действует на уровне вида.

В 1859 г. Чарлз Дарвин опубликовал свою теорию естественного отбора, основанную отчасти на его исследованиях изменчивости вьюрков с островов Галапагос, изучением которых он занимался, путешествуя на корабле «Бигль» с 1831 г. в качестве натуралиста. Во время плавания на «Бигле» Дарвин провел 5 лет, изучая геологию, растения и животных от островов Зеленого Мыса, цепи вулканических островов близ западного побережья Африки, до островов Галапагос и за их пределами. В то время Дарвин вел переписку с семьей и своим наставником из Кембриджского университета, биологом и геологом Джоном Стивенсом Хенслоу. Из далеких британских портов Дарвин отправлял образцы и наблюдения, зарекомендовав себя в качестве выдающегося натуралиста. Вопросы о разнообразии и области распространения наблюдаемых Дарвином видов заложили основу его будущей теории. На Галапагосе Дарвин собирал экземпляры видов птиц и животных с каждого острова. Сначала его больше заинтересовали черепахи и пересмешники; факт существования закономерности изменчивости вьюрков Дарвин осознал лишь после того, как собранные им экземпляры птиц изучил и идентифицировал как вьюрков британский орнитолог и художник Джон Гулд[307].

Вернувшись в Англию, Дарвин, после того как Гулд идентифицировал собранные экземпляры, начал размышлять над закономерностями видообразования у вьюрков и тем фактом, что некоторые виды обитали только на одном острове. Это заставило его задаться вопросом, почему наблюдалось именно такое распределение. В 1845 г., когда Дарвин включил свои комментарии в публикацию Гулда, он не отождествлял конкретные острова с собранными на них разными экземплярами вьюрков. Однако за годы, прошедшие после путешествия, Чарлз Дарвин размышлял над разнообразием вьюрков, их различиями и географическим распространением. Вьюрки отличались специализированным клювом, адаптированным к микросреде, которая различалась в зависимости от того, какие источники пищи были доступны на конкретных островах. Выживали и процветали те вьюрки, которые могли питаться доступной пищей и передавать свои гены следующим поколениям. Несмотря на различия в облике, эти вьюрки имели общего предка. Указанные наблюдения привели Дарвина к разработке теории естественного отбора. Дарвин собирал дополнительные свидетельства в поддержку своей идеи до тех пор, пока не стал готов, примерно через двадцать лет, представить миру теорию естественного отбора. Дарвин ссылался на свои теории в нескольких статьях еще до завершения своей знаменитой книги.

В то время, когда Дарвин заканчивал исследования и анализ, над аналогичной гипотезой работал и Альфред Рассел Уоллес. Затем, в 1858 г., когда Дарвин готовил свой шедевр к публикации, Уоллес написал ему письмо, приложив копию статьи, в которой, к потрясению Дарвина, была отражена его собственная теория. Позже в том же году при посредничестве Чарлза Лайеля и ботаника Джозефа Долтона Гукера Линнеевское общество пригласило Дарвина и Уоллеса совместно представить их открытия.

Дарвин продолжил работу и опубликовал свою теорию в «Происхождении видов» в 1859 г. в Англии[308] и годом позже в США[309], тогда как Уоллес сосредоточился на биогеографии – изучении географического распределения растений и животных. Единственная диаграмма в книге Дарвина иллюстрирует расхождение форм жизни в виде дерева для конкретных видов, имеющих общего предка (рис. 7.2). Буквами A—L обозначены виды, малыми буквами – разновидности; горизонтальные линии соответствуют тысячам поколений.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги