Азраиль. Война Небес! Том 4

— И третье, — тайный советник вновь обернулся к фотографиям. — Никто не обращал внимания на это, но… все известные нам осколки Азраиля так или иначе оказывались в руках Дэвида Драгомира.

Суворов покачал головой.

— Ясно, ни единого весомого доказательства.

— Вот только вопросы всё ещё остались, — заключил Андропов, полностью игнорируя Суворова. — Если Дэвид Драгомир осколки Азраиля старательно раздавал другим людям, то почему Эраст Орлов нацелен на их сбор?..

— Почему? — Суворов хмыкнул. — Потому, что это бред.

Жандармы слушали разжалованного тайного советника с особенным скепсисом. Бред бредом, если не задумываться над его словами. Впрочем, так было всегда. Но стоило посмотреть на его слова с другой стороны, как между строк читалось поистине интересное явление.

— Прими моё предположение за чистую монету, Суворов, — поморщился Андропов. — И, извини меня за выражение, не сверли мне мозг!

— Ладно, допустим, ты прав. И весь этот бред возможен. Тогда Орлов всё это время обманывал нас? — Суворов задумчиво нахмурился. — Этот тип знал, что Красный орден встанет с колен?

Андропов усмехнулся, отмахиваясь.

— Звучит глупо, согласен, — заметил он. — Поэтому едва ли Эраст знает о том, кем был Дэвид Драгомир на самом деле. Да, опасным преступником, единственным, кто вскрыл имперские тюрьмы, и одним из сильнейших людей мира. Но об этом все знают, даже дети. Главного — того, что Драгомир и есть Эраст Орлов — не знает даже Эраст.

— Потому что это… бред? — начальник третьего отделения приподнял бровь.

— Молчать, Суворов!

— Ладно, молчу.

Тайный советник указал на другую фотографию, нервно выдыхая едким облаком дыма.

— … Орлов знает будущее, — протянул он. — Но цена его дара слишком высока — Эраст Орлов не знает прошлого.

Жандармы с удивлением в лицах переглянулись.

— Что вы имеете в виду? — вопросил один из них. — Этот человек способен возвращать из прошлого целые районы. Он восстановил сожжённый лес.

Кирилл Михайлович мотнул головой.

— Не совсем так, — осведомил он. — Эраст Орлов лишь способен заменить одно разрушение другим. В противном случае эффект восстановления исчезнет. Так было с лесом. Тот цвёл и пахнул до тех пор, пока Орлов не сразился с Граалом Кьюго. Именно в тот день лес вернул прежнее сожжённое состояние. И всё потому, что Эраст не использовал эту Ауру для нового разрушения.

На этот раз опешил Суворов.

— А что насчёт поместья Рюриковых? Если верить тебе, то разрушения были, но тот всё равно утерял эффект.

— О каких разрушениях ты говоришь? — Андропов сощурился.

— Я помню, во время конфликта Красного ордена с цыганом, сыном Дэвида Драгомира, Эраст выпустил безумную волну, что сожгла не только поместье, но и деревья в радиусе пяти километров вокруг.

Андропов кивнул — хороший вопрос. Он указал рукой на другую фотографию, где было отчётливо видно лицо цыганёнка, которого Эраст Орлов умертвил у ворот первой штаб-квартиры Красного ордена.

— Этот взрыв исходил не от Эраста; взрыв был делом рук Янко Драгомира. А Эраст — не знаю как — защитил весь свой отряд от волны, которая в идее должна была сжечь каждого члена Красного ордена, находившегося там. И да, поместье Рюриковых тоже вернулось в прежнее затхлое состояние.

— Тогда что с парнишкой, которого Эраст смог воскресить? — добавил Суворов. — Он до сих пор жив?

— Да, жив, — кивнул разжалованный тайный советник. — Но воскрешение парня — отдельная сила, которая возможна лишь в одном случае. Когда у человека в руках лежит осколок Азраиля. И этим человеком не обязательно должен быть Орлов.

Несколько жандармов чуть-было не вскочили со своих мест.

— Хотите сказать, Эраст обладает двумя осколками?

— Тремя, — вставил Андропов. — Третий он получил во время своих межпространственных путешествий. Или вы действительно верите в то, что в Имперской тюрьме ему удалось попросту исчезнуть?

Немая сцена, нарушить которую не мог никто из жандармов, длилась около двух минут, пока Суворов не шагнул к фотографиям.

Начальник третьего отделения жандармерии выхватил ещё одну фотографию.

— Тогда как всё это связано с Раевским? — вопросил он. — Как ты, извини меня за выражение, хитровыдуманный умник, вывел одно из другого?

Андропов усмехнулся, туша каблуком сигарету. Он поглядел на Суворова и хлопнул его по плечу.

— Вроде, оба в дурацких париках говорили с Маркусом, а выводы сделал только я.

Суворов поморщился.

— Не язви, прошу тебя.

— Всё предельно просто, мой друг, ведь…

Андропов не договорил, резко обернувшись на входную дверь. Звуки шагов целого отряда людей одёрнули его. Разительная Аура заставила раскрыть глаза шире.

— Вы кого-то приглашали? — широкие глаза тайного советника бегло прошлись сначала по отряду, а затем остановились на Суворове.

— Нет, господин, — ответил за всех жандарм. Начальник третьего отделения так же мотнул головой, не понимая, что происходит.

Секунда — и дверь с грохотом слетела с петель, открывая взор на знакомую фигуру.

— Лёгок на помине, — Андропов невольно оступился, но держал лицо каменным. В створке стоял канцлер верховной палаты лордов сената Константин Раевский.