Азраиль. Война Небес! Том 4

А? Диана тут же перевела взгляд на цыгана, ожидая, что он ответит. Но тот явно не понял слов Эраста.

— Чо⁈

— Дай слово, Янко! — Эраст на этот раз рявкнул, изо рта парня медленно текла алая струя. — Дай слово, что используешь его с головой!

— Какое слово⁈ — Янко зашагал вперёд. — Я же сказал, если найду осколок, заберу его себе!

— Все слышали? — Эраст оглянул отряд людей. — Янко дал слово!

— Я не… — Янко не договорил. Он тут же застыл в изумлении, словно оловянный солдатик.

Впрочем, застыли все.

Что происходит⁈ — именно этот вопрос возник в лицах людей. В том числе и в лице Дианы; она раскрыла глаза шире, наблюдая за тем, как враг стоит за спиной Эраста и держит клинок в его спине. Кровь брызнула изо рта парня, но тот продолжал смотреть на Янко.

— Эраст! — слёзы тут же брызнули из глаз Дианы. — Защищайся, Эраст! Ну же, помогите ему, кто-нибудь!

…но люди были слишком напуганы, чтобы как-либо реагировать! Да, все были напуганы, но только не он…

— Босс! — взревел Боря, рванув в сторону Эраста. — Босс! Нет!

Два шага — и здоровяк снова шмякнулся в грязь. На этот раз лицом вниз; он поднял голову, попытался стереть с лица грязь, но… всё, что это вызывало — лишь жалость. Боря слишком самонадеян.

— Ладно-ладно! — на этот раз воскликнул Янко, чуть ожив; он тоже попытался сделать очередной шаг. — Даю слово, что не отступлю!

Эраст кивнул… он будто не обращал внимания ни на ответ Янко, ни на жалкую реакцию своих союзников. Парень вообще не ждал помощи от кого-либо из них; он лишь рванул назад, сильнее насадив себя на клинок и крепко вцепился в кисть противника. На лице его расплылась запредельно натужная усмешка.

Ему будто нравилась боль! Будто его нисколько не пугало оказаться мёртвым!

Размашистый удар — и Эраст срезал кисть вассала.

…под истошный крик Морфея парень перехватил один из осколков, одним лёгким движением разрезал пространство и швырнул камень в сторону Янко. Сам же, используя собственный вес, вытолкнул противника в только-только раскрывшийся портал.

— БОСС! — Боря, наконец, разобрался с грязью на глазах. Он снова побежал к конфликтующим.

Вот только…

— БОРЯ! СТОЙ!

Было поздно. Портал закрылся. Вместе с Борей.

Вот же идиот!

…немая сцена продолжалась достаточно долго, чтобы дать понять — всё, что произошло перед глазами солдат — не иллюзия. Эраст действительно пожертвовал собой ради Империи — забрал с собой одного из опаснейших противников.

— И… что это сейчас было? — подрагивающим голосом проблеял юный столп Империи, отряхиваясь от крови и грязи.

— Эраст… проиграл?

— Он пожертвовал собой! — Диана скривила губы, рухнув на колени. — Ради вас — людей, что готовы были сунуть нож в его спину!

— Диана права, он принёс себя в жертву, — Янко вытянул руку Диане. — Чтобы мы… одержали верх.

Диана попыталась подняться на ноги; волны Ауры были настолько острыми и мощными, что тучи в небе разрезались на несколько частей — на мёртвый город упали лучи солнца. Они мирно озарили поле боя, будто указывая на тот ужас, что произошёл здесь за несколько часов.

— Твои приказы никто не вынужден выполнять, Янко Драгомир, — отметил другой столп. — Ты всего лишь обычный цыганёнок, на котором нет никакой ответственности.

Янко хмыкнул и присел на корты перед осколком Азраиля, который оставил после себя Эраст. В глазах его читалась растерянность.

— Мне плевать, — буркнул он.

— А вот я надеюсь, обо мне ты другого мнения, Хандров, — вставил генерал-фельдцейхместер Титов, вставая на ноги. — Ведь я и не думаю отступать. Притом ничего не изменилось, в нашем войске всё ещё есть человек с осколком Азраиля. Но сейчас это Янко Драгомир.

* * *

Второе небо. Московия. Тайное отделение жандармерии.

В своё время опыт действительного тайного советника Андропова выручал его в куче самых разных передряг — от страшного ранения в грудь и, казалось бы, смертельной засады до крупных поражений в азартных играх. Притом в свете последних событий разум тайного советника вернул былую память… правда, вернул вместе с отличной логической загадкой, безупречной в своей лаконичности.

За пятьдесят три года своей насыщенной жизни он видел всякое дерьмо. Успешно двигаясь по карьерной лестнице, выбирался из сотен поистине непростых ситуаций; повидал немало логических курьёзов. Но почему-то именно сейчас, стоя перед канцлером Константином Раевским, он не мог выбросить из головы именно её — простенькую детскую загадку о том, как перевезти с одного берега на другой три мешка с пшеном, умудрившись в процессе не затопить ни курицу, ни лису.

В роли мешка пшена выступали, конечно же, фотографии на стене и красные нити. Показывать их человеку уровня Константина Раевского было… предельно опасно.

— Господин Раевский? — Суворов напрягся, невольно отшагнув назад; кажется, он задавался вопросом, правда ли Андропову стоило так слепо доверять. — Вам… стоит отдышаться. Не нужно делать того, о чём в следствии можно пожалеть.