Белая гвардия Фридриха Эберта

В первой половине января начался повальный грабеж обозов, складов с личным имуществом русских офицеров по всей Эстонии.

Только с 9 по 12 января были зарегистрированы нападения на обозы Талабского, Красногороского, Темницкого и Волынского полков.

В Ивангороде действовали отряды эстонских солдат из Скаутского полка, отнимавшие у русских офицеров обмундирование и вооружение.

12 января пьяные эстонские солдаты вломились в квартиру начальника штабного конвоя северо-западников.

По воспоминаниям генерала М. Ярославцева, командовавшего 3-й стрелковой дивизией, после ее разоружения начался грабеж обозов, складов и военных со стороны эстонских солдат, против чего эстонские офицеры ничего не предпринимали.

Зато 13 января генерал Тыниссон приказал расстреливать на месте русских, обвиненных в воровстве.

Так 24 января был расстрелян доброволец с одного бронепоезда, обвиненный в краже… мешка с мукой.

Адмирал В. К. Пилкин, ближайший друг и помощник Н. Н. Юденича, на случай встречи с эстонскими патрулями в Нарве, не только носил с собой револьвер, но и клал в карман ручную гранату.

За время грабежа Эстония забрала у Северо-Западной армии 52 000 винтовок, 500 пулеметов, 98 артиллерийских орудий, 25 бомбометов, 2 гранатомета, 12 минометов, 12 аэростатов, 30 грузовых и легковых авто, 26 паровозов, 1237 вагонов, 3 броневика.

Во владение Эстонии отошли все корабли северо-западни-ков, исключая тральщик «Китобой» с 37 смельчаками на борту, который 15 февраля бежал из Ревельского порта. Опасаясь захвата «Китобоя» эстонцами, контр-адмирал В. К. Пилкин заранее снабдил командира судна некоторым количеством денег, запасами угля и провизии, достаточными для похода в Копенгаген, и приказал ему, по возможности, пробраться в Крым, к генералу барону П. Н. Врангелю.

Воровство и предательство были основами «эстонской независимости», как и сейчас.

Один за другим принимались предписания, создававшие невыносимые условия для пребывания русских в Эстонии.

Эстонское командование стало практиковать принудительный арест бывших чинов северо-западников и отправку их в тифозную зону в качестве так называемых «санитаров» и на смерть в Советскую Россию.

На протесты русского военного представителя атамана Петра Николаевича Краснова, генерал Лайдонер (Георгиевский кавалер!) ответил, что своего решения не изменит.

Так например доброволец Семеновского полка был выслан за то, что он не смог получить документов на выезд к семье в Латвию а в следствии перенесенного тифа не был в состоянии работать.

3 февраля генерал Тыннисон отдал приказание об аресте и заключении в тюрьму сроком на 1 месяц командира Темницкого полка полковника А. Данилова, командира Волынского полка полковника Сидорович-Рвойко и командира Семеновского полка полковника К. фон Унгерн-Штернберга.

Дошло до ареста самого генерала Юденича.

Вечером 27 января в его квартиру в гостинице «Коммертс» ворвались эстонские полицейские во главе с «атаманом» С. Н. Булак-Булаховичем.

Юденич под угрозой оружия был посажен на товарный поезд, который двинулся в сторону Юрьева.

В это время соратники Юденича обратились за помощью к миссиям союзников с требованием заставить эстонское правительство вмешаться.

Поезд был остановлен только на станции Тапс, когда, видимо, направлялся уже в Россию.

«Так эстонскому правительству и не удалось выполнить один из пунктов мирного договора с большевиками, или что-то выторговать от них ценою выдачи генерала Юденича» — вспоминала супруга генерала А. Юденич.

Тогдашний министр внутренних дел Эстонии Александер Хеллат впоследствии признался в своих воспоминаниях что Юденич был арестован с его ведома и согласия.

В феврале появились приказы эстонского правительства о запрете ношения русскими военными погон и кокард русской армии, а несколько позже появилось распоряжение о сдаче ими всего оставшегося личного холодного и огнестрельного оружия в течении трех дней.

По республике прокатилась волна избиений и убийств офицеров Северо-западников.

В Ревеле на Петровской площади (ныне площадь Вабадузе) толпой эстонцев под крики «Бей русского офицера!» был убит полковник Конно-Егерского полка О. Баннер-Фогт.

Вскоре эстонским солдатом был застрелен у себя на квартире полковник Новицкий. Убийце эстонский суд назначил… один месяц тюремного заключения.

К концу февраля 1920 года армия Юденича перестала существовать.

В марте 1920 года МВД Эстонии издало приказ о высылке из Ревеля всех безработных чинов Северо-Западной армии.

Вместе с тем, согласно Уставу о гражданской службе было запрещено принимать на государственную службу иностранцев или вообще не эстонских граждан.

Однако издевательства и истребление оставшихся в живых борцов за Россию на этом не закончилось.

В марте 1920 года в Эстонии резко ощущалась нехватка отопительных материалов, стране грозил отопительный кризис.

Были немедленно приняты «соответствующие» меры.

Выжившие после эпидемии тифа русские люди не имели тогда никакой работы, были оборваны, обессилены и истощены.