Белое и черное. Мудрые истории о том, что за черной полосой всегда следует белая

В общем, после изоляции они расстались в плохих отношениях, хотя никто никому не сделал зла. Привычки не совпадали. А изменить себя в пятьдесят лет очень трудно. Почти невозможно.

Так коллеги могут рассориться после долгой командировки. Или приятельницы – после совместного отдыха. Из-за несовместимых привычек. Которые изменить очень трудно.

Поэтому надо сначала побольше узнать о привычках человека, если вы с ним решили жить вместе, а вы уже не слишком молоды. Подстраиваться под другого очень трудно. Это только великая любовь может заставить сделать, если привычки не совпадают или претят.

Но есть один секрет. Если человек – наш, если он предназначен нам судьбой, его привычки нас ничуть не раздражают. И пение в душе приятно – век бы слушал! И чавканье умиляет – как ему вкусно! И все приемлемо или даже мило нашему сердцу.

Вот если так – это любовь. Принятие и понимание. Но так бывает редко в зрелом возрасте.

Я вам расскажу, как сбылось желание моей мамы

Рождественское желание. Мама моя знала про Рождество. И накануне этого праздника решила пойти в Морской собор.

Мама только что приехала в Кронштадт, чтобы работать в военном госпитале. Она делала уникальные операции на глазах, вот ее и отправили в Кронштадт работать.

И сначала она приехала одна в чужой город. В пустую мрачную старинную квартиру; там совсем ничего не было из мебели. А контейнер с нашей мебелью еще не пришел.

Мама спала на полу, ела на подоконнике. И это было неудобно, неуютно, конечно. А купить мебель тогда непросто было. И на зарплату врача не разгуляешься.

Ну вот, мама пошла в Морской собор. Там тогда был не храм, а матросский клуб «Яблочко». Но с площади можно просто посмотреть на собор. Постоять и посмотреть.

Вот мама шла на своих высоких каблучках, в шубке мутоновой, очень красивая. И думала о приземленных вещах: о мебели. Хорошо бы, – думала она, – хоть стол бы был. Со столом жить удобнее. И шкаф неплохо бы иметь. В шкаф можно вещи сложить. Про кровать мама не успела подумать.

Потому что навстречу ей шла группа матросов и тащила громадный старинный стол. Немного обшарпанный, конечно. Слегка пострадавший от времени. Но настоящий, красного дерева стол на львиных лапах тащили матросы, отдуваясь.

Мама спросила моряков: куда, мол, вы несете такой замечательный старинный стол?

Матросы ответили по-военному внятно: мол, стол несем на свалку! Мичман приказал эту дрянь вынести из подвала.

Мама предложила стол занести в ее квартиру. Вот она, совсем рядом! Не надо на свалку!

Матросы обрадовались, конечно. И ловко стол занесли в квартиру. А потом еще и шкаф принесли. Точно такой же, старинный, на львиных лапах и с резьбой. Этот шкаф не вошел бы в обычную квартиру, такой он был огромный и высокий.

А потом пришел мичман поглядеть на красивую даму. Мама еле-еле его выпроводила. Мичман расстроился очень. И пришел еще раз ночью, употребив напитки.

Мама не открыла ему дверь. Но мичман оставил подарок – сорвал звездочки с погон и оставил их под дверью. Больше у него ничего не было.

Так что мама Рождество встречала со столом и шкафом. Это был прекрасный дар свыше! И со звездами.

Звездочки она потом отдала мичману: он вскоре пришел на прием с поврежденным глазом. Сказал, что случайно ушибся. И глаз ему благополучно вылечили. Он оказался вполне хорошим мичманом. И потом был с нашей семьей в дружеских отношениях. Даже мебель из контейнера помогал собирать.

А мама смеялась и говорила, что про кровать не успела подумать. Жаль! Но стол и шкаф – это прекрасные рождественские подарки. А мичман со звездочками – это тоже хорошо. Потому что все мы люди и все можем чего-нибудь натворить иногда.

И об этом забывать не надо. Потому и рассказала вам эту рождественскую историю с подарками. Из жизни. Где все есть: и храм, и клуб, и мичманы, и звезды, и столы, и удивительные совпадения, и напитки, и радости, и печали…

Но желания часто сбываются под Рождество.

Если займешься тем, чем тебе заниматься нельзя, станешь несчастным

И нет смысла говорить обиженно и гневно: а другие этим занимаются! И вполне успешно!

Другие – они другие. У них другая судьба и другая роль в жизни. Им можно. А нам – нельзя. Запрещено.

Одним нельзя торговать. Ровным счетом ничего хорошего из этого не получится. Хоть сколько книг прочитай и тренингов пройди, все равно проторгуешься и останешься в убытках. Это в лучшем случае.

В худшем можно потерять имущество и свободу. Даже если быть исключительно честным; но в этой сфере будут несчастья.

Другим нельзя водить машину. Хоть сколько учись, честно и долго, все равно кончится все плохо. Даже если выучится человек водить – не по своей вине может пострадать. Или погибнуть.

Третьим нельзя проявлять агрессию, даже вполне справедливую и понятную. Стоит выйти из себя или вступить в битву, наступают плохие события и рушится здоровье.

Если такой человек окажется в профессии, где агрессия необходима, скажем, в таком спорте или на военной службе, с ним может случиться плохое.