Белорусские народные сказки

Вот спустя некоторое время вернулись и свояки со свинкою. Привязали ее на дворе возле царских хором. И начала свинка чудеса вытворять: рылом пашет, ногами боронует, а за пей готовые пироги растут…

Сколько тут радости было и своякам и царю! Созвал царь гостей — панов и князей — на диво то поглядеть. Ведь ни у одного из царей не бывало еще такой свинки!

Разъехались гости, а свояки пошли просить тестя, чтобы царство нм отписал.

Царь подумал и говорит:

— Нет, за одну только свинку я царство не отпишу. Есть в некотором царстве, в ином государстве чудо-кобылица — из ноздрей пламя пышет, из ушей дым валит. Пасется она на зеленых лугах, на шелковых муравах. И стерегут ее двенадцать копей с золотыми гривами. Если вы ту кобылицу заодно с конями поймаете да ко мне приведете, то отпишу вам царство тогда.

Просчитались свояки — ничего не поделаешь: надо ехать искать кобылицу!

Набрали они войска еще больше и поехали.

Опять пристает жена к Ивану:

— Вон свояки твои за кобылицею поехали, а ты дома сидишь! Отец им все царство отпишет, а мы как жить будем?

— Э-э, — говорит Иван, — и куда мне ехать? Что у меня войско свое или что? Как-нибудь проживем и без царства!

Прошло некоторое время, опять просит Иван жену:

— Сходи-ка ты к отцу: а не даст ли он мне еще одну лошаденку? Поеду и я за свояками.

— И что ты, дурень, мелешь? Свояки-то, пожалуй, назад уже возвращаются с кобылицей, а ты еще только собираешься.

— А коли возвращаются, то и я с ними вернусь. Невелика беда!

— Мне совестно перед отцом, — говорит жена: — опять задаром лошаденку загубишь. Что я тогда скажу ему?

— Загублю, так загублю. Твой отец от того не обеднеет.

Пошла она к отцу и выпросила у пего еще лошаденку. Сел Иван на клячу, отъехал немного от города и бросил ее волкам на поживу. А сам крикнул-свистнул, и стали перед ним его добрые кони. Рассказал Иван коням про чудесную кобылицу.

— Так это же паша мать! — говорит сивый конь. — Но там теперь не двенадцать караульщиков возле нее, а девять, ведь мы тебе служим. Трудную задачу ты задал нам, хозяин. Но попробуем тебе помочь. Ступай к своему тестю да выпроси у него дедов безмен.

Вернулся Иван в хоромы, выпросил у царя дедов безмен на двенадцать пудов. Взял его в руки и размахивает им, как тростинкой. Удивляется царь:

— Дурень, а силен! Ишь ты!

Пришел Иван к своим коням.

— Теперь, — говорит сивый конь, — я сам поеду с тобой. А ты смотри, как сядешь на кобылицу, то бей ее безменом промеж ушей, и бей до тех пор, пока она не остановится. А я тем временем буду возле нее летать и просить: «Матушка, лучше сдавайся, а то мой хозяин больно злой: забьет тебя безменом…»

Ну, так все и случилось, как сказал сивый конь.

Изловчился Иван, сел на кобылицу, и та понесла его под самые небеса… Носила, носила — не падает Иван: сидит на спине, будто врос, да двенадцатипудовым безменом бьет ее промеж ушей.

Заморилась кобылица и говорит:

— Тридцать три года живу я на свете, а еще никто на мне не езживал! Кто ты таков?

— Это, матушка, наш хозяин, — говорит за Ивана сивый копь. — Сдавайся, а то он больно сердитый: забьет тебя.

— Ну что ж, — вздохнула кобылица, — ходила я на воле, а теперь придется ходить подневольною. Погоди, Иван Иванович, перестань меня бить.

— Вот так бы давно и сказала, а то у меня рука уже заболела тебя дубасить, — говорит Иван.

Едет Иван на кобылице назад в свое царство, а за нею девять коней да десятый сивый конь Ивана.

Едет он, видит — навстречу войско валит, музыка играет.

«Это, наверно, мои свояки», — думает Иван.

Отпустил он своего сивого коня на зеленые луга, развел костер, греется себе и на жалейке играет.

Заметили свояки дымок. Посылают слуг узнать, кто там дымит. Пошли слуги, все разглядели, прикурили от огонька и назад воротились.

— Ну, кто там? — спрашивают свояки.

— Да это наш дурень ведет кобылицу, и рядом с ней девять коней с золотыми гривами.

— Как девять? А тесть ведь сказал двенадцать!

— Нет, только девять.

— Тогда мы сами пойдем посмотрим.

Приходят:

— Здорово, свояк!

— Здравствуйте!

— Что, кобылицу ведешь?

— Ага, там их много пасется. Я взял себе только одну и девять коней впридачу.

Свояки переглянулись, покачали головами:

— Будет тебе, своячок, над нами смеяться! Ведь это кобылица, про которую отец говорил.

— Да нет, это не та, — нс соглашается Иван. — Ваша вам осталась. Я чужих не беру.

— Хоть бы и так, — говорят свояки, — да ты нам эту вот уступи. Мы тебе что хочешь дадим.

И начали они просить. Что делать? Согласился Иван и говорит:

— Ладно, берите, да только отрежьте мне за нее у себя по пальцу-мизинцу с правой руки.

Жаль было своякам пальцев, но Иван твердо стоит на своем. Посоветовались между собой свояки.

— Что ж, — говорят, — доктора у нас свои, лекарства свои — враз все заживет: отрежем по пальцу!

Вернулся Иван домой, как и в первый раз, ни с чем.

— Скажи хоть, куда ты отцову лошаденку девал? — спрашивает жена.

— Как куда? Околела! Что ж ты думаешь: сам ехал да еще какой безменище вез…

Спустя некоторое время приводят свояки ту кобылицу. Так рады, что и не рассказать: понятно, царство теперь-то им достанется!