Оставим в стороне юридические вопросы – даже такой профессионал как Сухомлинов признал, что теперь уже никак не исправить ошибки следствия (тем более намеренные), поэтому выяснить, что там было у Берии и Ляли 7 мая 1949 года – изнасилование, принуждение к сексуальному контакту или все по взаимному согласию – уже невозможно. Но можно изучить, что было после, и как складывались их отношения следующие четыре года.
И для начала стоит вспомнить показания Саркисова, рассказывавшего о безнравственности его бывшего шефа: «Сожительствовал Берия также с 18–20-летней девушкой Лялей Дроздовой. От Берия у нее родился ребенок, с которым она сейчас живет на бывшей даче Обручникова». Обручников – это зам. министра внутренних дел СССР по кадрам, генерал-лейтенант. То есть жила Ляля в момент ареста на генеральской даче – конечно, ведь был июль, не сидеть же ей с ребенком в душном городе.
А где она жила в Москве? В их с матерью показаниях об этом ничего не говорится, но в разных документах и воспоминаниях указывается то некая квартира на Тверской, то квартира в доме номер 8 на улице Горького. Никакого противоречия тут нет, с 1932 по 1990 год Тверская называлась улицей Горького. Фигурирует эта квартира и в отнюдь не дружелюбных по отношению к Берии воспоминаниях Евгения Евтушенко:
«Евтушенко: Алла Киреева училась вместе с девочкой, любовницей Берии, школьницей. Та жила напротив «Арагви». Берия ее подобрал на машине, как он обычно делал. Но это был особый случай, она была его постоянная девочка.
Я однажды мог увидеть Берию, потому что Алла пригласила меня и Роберта к этой девочке на день рождения. Ожидался Берия. И всюду на лестницах стояли топтуны, а мы сидели, и нам казалось…
Волков: Сейчас дверь отворится и войдет человек в шляпе и очках…
Евтушенко: Но это официанты в куртках принесли нам еду из «Арагви». Гребешки знаменитые арагвинские, фаршированные куриной печенкой, и разные всякие разносолы… Прямо из «Арагви» носили! Берия должен был войти с минуты на минуту…
Волков: Всех, наверное, била нервная дрожь? В ожидании?
Евтушенко: Ну, любопытно и страшновато было. Но Берия почему-то не явился»[15].
Ресторан «Арагви» с 30-х годов XX века и вплоть до 2019 года располагался в доме № 6 по улице Горького, соответственно дом действительно тот же самый – дом № 8 расположен напротив шестого, через Тверскую площадь.
Впрочем у некоторых авторов упоминается другой адрес – Горького, 41. Это бывший дом НКВД, сейчас его адрес 1-я Тверская-Ямская ул., 11. Возможно, какое-то время Ляля с матерью жили и там.
Гораздо более доброжелательно настроенный по отношению к Берии человек, его бывшая невестка, Марфа Пешкова, тоже хорошо знала о существовании Ляли: «Марфа Максимовна вспоминает, что в начале 50-х годов семье стало известно о появлении у Лаврентия Павловича любовницы – Ляли Дроздовой, молодой красавицы, роман с которой он почти не скрывал. Стало известно, что у нее от Берия родилась дочь. Ее назвали в честь матери Берия Мартой. Поговаривали, что они хотели пожениться. Нина Теймуразовна переживала все это молча, но однажды попросила у нее, Марфы, денег и сказала, что хочет построить себе домик в Сухуми на горе с видом на море и уехать туда. Намерения у нее были вполне серьезные, и Марфа Максимовна дала ей в долг 70 000[16] рублей, доставшихся ей от дедушкиных гонораров. Напомню, что М. Пешкова – внучка A. M. Горького. Дом был построен к 1953 году, но уехать туда Нина Теймуразовна уже не смогла: начался другой этап ее жизни – тюрьма, ссылка»[17].
Квартира в центре Москвы, генеральская дача, многолюдные празднования дней рождения, яства из ресторанов и переживания жены, что муж уйдет к молоденькой красавице – все это не слишком похоже на «тюремную» жизнь запуганной рабыни-наложницы. Больше похоже на то, что Ляля и ее мать старались получить максимум выгод из отношений с таким могущественным человеком, с чего бы они на самом деле ни начались.