Беспощадный Пушкин

Национальное искони предстояло сознанию Пушкина одной из ипостасей общечеловеческого. Именно в таком философско–историческом аспекте «Повести Белкина» тесно связаны с маленькими трагедиями. Обращает на себя внимание, что современному русскому миру «Повестей» противостоит в драматургическом цикле отнюдь не современный западный мир, а его прошлое. И это так потому, что в этой эпохе Пушкин ищет и обнаруживает исторические корни буржуазной цивилизации западных стран, чужеродные русской истории. Русский мир при всей его захолустности и крепостнической косности в большей мере приближается к [пушкинскому идеалу], избежав в своих национальных глубинах разрушительного, анархического действия общечеловеческих страстей, обусловленного отнюдь не их «естественной» природой, а эгоистическим началом и индивидуалистической стихией западноевропейской цивилизации, ее феодальными истоками и буржуазной природой.

МОЙ ОТВЕТ.

Контраст западного и русского мира в двух циклах, повторяю, кажущийся. И там, и там материал — страсти. И Купреянова от этого даже и не уходит: «Нам представляется, что мир повестей Белкина отнюдь не столь идилличен и человечен. Не есть ли тоска, от которой погиб Самсон Вырин, проявление крайней степени эгоизма родительской любви. Весьма сомнительна и «человечность» мира русского гробовщика. Никак не подтверждает «стихии добродушия, сердечности, простоты» и герой «Выстрела» — Сильвио». Но справедливо возражая Тойбину Купреянова не в силах противиться его правоте относительно художественного смысла повестей. И так же, как Тойбин, не в силах она распространить этот художественный смысл и на маленькие трагедии. А что идея трагедий, мол, состоит в индивидуализме Запада, проистекающем еще из феодализма… Так и в России ж был феодализм… Не понятно что–то. И историзм Пушкина тут как бы повисает. А все потому, что не вполне–то историзмом был Пушкин вдохновлен в болдинскую осень 1830 года. Скорее — чем–то общечеловеческим: подспудным стремлением к консенсусу. Идея тоже достаточно большая, чтоб подвигнуть ее выразителя на ошеломляющую работоспособность и стремительность.

2.11

ВОПРОС.

Почему трагедия во всем гармонична?

ОТВЕЧАЕТ В. НЕПОМНЯЩИЙ (1997 г.).

Все то, что мы называем искусством гармоническим… вольно или невольно исходит из веры в бессмертие, из факта изначальной устроенности мира, его совершенства… Гармоническое искусство объективно опровергает идею, что Бог плохой художник и создал «несовершенный» мир. Пойди найди «несовершенство» в «Илиаде», в Моцарте, в «Моцарте и Сальери», в Микеланджело Буанаротти, — неужели Бог менее талантлив? Неужели не мог создать совершенный мир, раз создал такие чудеса?