Безумие толпы. Как мир сошел с ума от толерантности и попыток угодить всем

Публичные заявления доктора Олсон-Кеннеди примечательны своей настойчивостью, уверенностью и даже догматизмом. Она публично критиковала идею о проверке психического здоровья детей, которые заявляли, что хотят сменить пол. Сравнивая детей, которые хотят сменить пол, с детьми, страдающими от диабета, она однажды в прошлом сказала: «Я не посылаю их к психотерапевту перед тем, как ввести им инсулин». Она является главным сторонником идеи о том, что оспаривание решения, к которому пришел ребенок, рискует поставить под угрозу отношения между врачом и пациентом. Она писала: «Создание терапевтических отношением подразумевает честность и чувство безопасности, которое может оказаться под угрозой, если молодые люди поймут, что в том, в чем они нуждаются и чего заслуживают (потенциально – блокаторы гормонов, гормональные препараты или хирургическая операция), им может быть отказано на основании информации, которой они поделятся с психотерапевтом»[258]

. Олсон-Кеннеди скептически относится к идее того, что 12- и 13-летние дети, возможно, не в состоянии принять осознанное и необратимое решение. Она сказала: «У меня никогда не было пациента, который после принятия блокаторов гормонов не захотел бы позднее продолжить лечение с помощью принятия гормональных препаратов». Говоря об этом, она подчеркнула:

«Когда мы принимаем решение перейти к хирургическому вмешательству или к приему средств, подавляющих половое созревание, или к приему гормональных препаратов, человек, чье мнение является решающим – это ребенок. Существуют медицинские центры, которые используют более техническое, психометрическое тестирование, которое анализирует различные и разнообразные факторы в психическом развитии ребенка. В нашей клинике мы это не практикуем».

Однако в другом месте она сказала, что ей доводилось встречать небольшое число пациентов, которые прекратили лечение или позже стали жалеть о смене пола, но при этом добавила, что это не должно влиять на мнение людей, которые хотели бы совершить переход. Одна из проблем, по ее мнению, заключается в том, что такие важные решения порой принимаются «врачами (чаще всего цисгендерными), которые решают, готовы дети к этому или нет». Олсон-Кеннеди считает, что это «неработоспособная модель»[259]

.

Несмотря на тот факт, что руководство Общества эндокринологии (самой старой и самой главной организации в мире в области эндокринологии и исследований метаболизма) утверждает, что существует «минимальный опубликованный опыт» по гормональному лечению «детей от 13 с половиной до 14 лет»[260]

, Олсон-Кеннеди и другие ее коллеги выглядят необычайно уверенными в том, что они делают, например, в ее невероятно упорном игнорировании не только ее оппонентов, но и необратимости действий, к совершению которых она поощряет детей. Во время одной из презентаций, снятой тайком, она говорит о чем-то, что, по ее словам, она «просто должна сказать». Это был ответ любым критикам, которые считают, что дети не способны принимать такие фундаментальные и необратимые решения. Размахивая руками и выходя из себя из-за этих неприемлемых точек зрения, Олсон-Кеннеди заявила, что люди, которым нет и 20 лет, вступают в брак, выбирают колледжи, в которые будут поступать, и что есть и другие «меняющие жизнь решения», принятые в молодости, которые завершаются успехом. Мы слишком много внимания уделяем негативу, говорит она. «Мы знаем, что подростки способны принимать обоснованные логические решения». Пока что это бесспорно. Но та небрежность, с которой она делает следующее замечание, являются несколько шокирующей. «Вот в чем состоит особенность операции на груди, – говорит она. – Если позже в жизни вы захотите вновь иметь грудь, вы можете пойти и получить ее»[261].

Правда? Где? Как? Разве люди – это конструктор «Lego», в который новые кусочки можно вставлять, вынимать и заменять по желанию? Разве хирургическая операция является настолько безболезненной, бескровной, бесшовной и не страшной в наши дни, что людей человек может попросту приклеить себе грудь в любой момент и счастливо жить дальше, наслаждаясь своими новыми приобретениями? Типичная операция по смене мужского пола на женский включает в себя не только операции на гениталиях и груди, но и операции по уменьшению подбородка, носа и лба, которые включают в себя снятие кожи с лица. Также нужна пересадка волос, логопедия и многое другое. Женщина, которая хочет стать мужчиной, должна перенести конструирование чего-то, что будет похоже на пенис, созданного из кожи с других участков тела. Часто кожу берут с рук пациента – хотя успех и не гарантирован. И все это ценой в десятки – а часто и сотни – тысяч долларов. Назвать это все полным безумием было бы неверно.