Битва за прокат. Как легендарные франшизы убивают оригинальность в Голливуде

В Sony это всегда было непросто, потому что, когда Паскаль очень сильно хотела снять какой-то фильм, она просто отказывалась верить в плохие перспективы. Конечно, она была не единственным руководителем, который склонял других к своей точке зрения, но то, что некоторые сотрудники называли встречи для обсуждения прогнозов «сеансами потакания» Паскаль, говорит о многом. Именно так в 2004 году получила зеленый свет драмеди Джеймса Л. Брукса «Испанский английский» с предположением, что сборы составят более $100 миллионов внутри страны (в итоге фильм собрал $43 миллиона).

Впрочем, готовность Паскаль следовать интуиции тогда еще приносила дивиденды. «SupeгПерцы» 2007 года казались рискованной ставкой: комедия с рейтингом R о средней школе (то есть целевая аудитория еще не доросла до того, чтобы покупать билеты) с участием Джоны Хилла и Майкла Серы, тогда совершенно неизвестных. Но Паскаль поверила в успех картины и дала ей зеленый свет с прогнозом внутренних сборов в $30 миллионов, что некоторым в Sony казалось натяжкой. В итоге фильм собрал $121 миллион.

К 2013 году Sony Pictures регулярно предсказывала своим фильмам очень высокие кассовые сборы. С одной стороны, чтобы создать видимость того, будто они действительно могут принести высокую прибыль, о которой так мечтала материнская компания. С другой – чтобы оправдать бюджеты, которые, несмотря на сокращения, все еще не били рекорды скромности. Так что в 2014 году «Новый Человек-паук: Высокое напряжение», который стоил $260 миллионов и собрал $709 миллионов в мировом прокате, стал для студии большим разочарованием, потому что по прогнозам должен был собрать $865 миллионов.

Зеленый свет был дан еще множеству фильмов, которые не оправдали завышенных ожиданий. Это были: комедия с рейтингом R «Домашнее видео» (прогноз: $180 миллионов; результат: $126 миллионов); «Робот по имени Чаппи» (прогноз: $200 миллионов; результат: $102 миллиона); единственный летний блокбастер 2015 года «Пиксели» с участием персонажей видеоигр и угасающих звезд Адама Сэндлера и Кевина Джеймса (прогноз: $282 миллиона; результат: $245 миллионов); драма «Рики и Флэш» с Мэрил Стрип от лейбла TriStar (прогноз: $100 миллионов; результат: $41 миллион); драма «Защитник» с Уиллом Смитом (прогноз: $135 миллионов; результат: $49 миллионов); комедия «Алоха» режиссера Кэмерона Кроу (прогноз: $90 миллионов; результат: $20 миллионов); «Братья из Гримсби» с Сашей Бароном Коэном (прогноз: $200 миллионов; результат: $25 миллионов).

Некоторые фильмы, конечно, превзошли все ожидания, особенно «Мачо и ботан» (прогноз: $215 миллионов; результат: $331 миллион) и анимационный фильм «Монстры на каникулах 2» (прогноз: $325 миллионов; результат: $473 миллиона). Но Sony слишком часто преувеличивала свои возможности, и многие в студии об этом знали. «Это было безумием», – признавал Де Лука.

Еще одним фильмом с хорошим прогнозом была комедия для взрослых «Интервью» с Сетом Рогеном, которая обошлась в $41 миллион и должна была собрать $100 миллионов в мировом прокате после премьеры на Рождество. Вместо этого фильм собрал только $11 миллионов – но не из-за просчета руководителей Sony. Его показ был прерван крупнейшей в истории Америки кибератакой на корпорацию.

Взлом и его последствия

Хакеры слили в сеть десятки тысяч электронных писем и документов, а затем пресса буквально на одном дыхании рассказала о них всему миру. Среди самого неловкого были оскорбительные шутки Паскаль и Скотта Рудина о том, какие фильмы с афроамериканскими актерами больше всего понравились бы президенту Обаме, критика звезд первой величины, например Анджелины Джоли, и копия сценария фильма о Джеймсе Бонде «007: Спектр» 2015 года. Состоялась даже дискуссия о о том, попытается ли Северная Корея отомстить за «Интервью», фильм, высмеивавший диктатора Ким Чен Ына, – спор, который невольно предвестил саму кибератаку. Правительство США и большинство экспертов в итоге пришли к выводу, что хакеров поддерживала Северная Корея, и компьютерную систему Sony они, скорее всего, взломали в отместку за «Интервью». Однако этот вопрос до сих пор остается открытым. Некоторые по-прежнему считают, что во всем виноваты недовольные бывшие сотрудники.

Для Паскаль конец 2014 года был нескончаемым кошмаром, как она говорила всем, кто готов был слушать. То, что блогеры теперь копались в ее переписке, было не просто унизительно для самой Эми, но еще и нанесло удар компании. Это оказалось чрезвычайно болезненным для женщины, чья личность и самооценка неразрывно связаны с работой. Никогда не забуду, как разговаривал с ней из машины на бульваре Санта-Моника и объяснял, почему я вставлю несколько ее электронных писем в свою историю о бизнесе.