Благословенны ночи Нергала

– Мы не первый раз действуем через невозможное. Я понимаю все риски, но патисуми – слишком ценный ресурс, чтобы пройти мимо него.

Здесь Триан был прав. Колонисты считали патисуми проклятьем Нергала, но они, конечно, судили с точки зрения людей, которым это растение приносило один лишь вред. С точки зрения эволюции, патисуми был как раз уникальным видом, и понятно, почему он привлек легионера.

Когда колонисты впервые обнаружили ядовитый туман на Нергале, они были уверены, что это атмосферное явление – слишком уж густым и повсеместным он был, на Земле они не встречали ничего подобного. Но дальнейшие исследования показали, что основой рыжей завесы становится пыльца, испускаемая местными растениями.

Патисуми представляли собой крупный цветок, отдаленно напоминающий красно-рыжую лилию. Это растение-паразит могло появиться где угодно, оно с легкостью приживалось в почве, болотистой воде и даже стволах деревьев. Ядовитый туман разносил семена повсюду в облаках пыльцы, предугадать, где они взойдут, было невозможно.

Упавшее семя некоторое время таилось, пускало корни в глубину, но внешне никак себя не проявляло. Когда же закрепление завершалось, цветок появлялся и разрастался очень быстро – за считаные часы лепестки распахивались в диаметре до трех метров. Под влиянием солнечного света с них, вездесущих и неистребимых, срывались новые порции яда.

Яд этот был не только и даже не столько средством защиты патисуми от хищников. Природа наделила его другой ролью: он парализовал многих живых существ. Лишь некоторые выработали к нему иммунитет, остальные прятались днем по норам, дожидаясь благословенной ночи. Тем же, кому не повезло вдохнуть ядовитый туман, оставалось лишь посочувствовать. Ощутив поблизости подходящую жертву, патисуми подтаскивал ее к себе крепкими лепестками, как щупальцами. Если же это было невозможно, цветок мог переместиться с ловкостью спрута, по строению он был примитивен: крупное соцветие и гибкая, неглубокая корневая система, никаких листьев или стеблей.

Так или иначе он должен был протолкнуть жертву внутрь бутона, сомкнуть вокруг нее лепестки, как кокон, – и сожрать. Новые порции яда не давали обреченному животному очнуться, но это к лучшему. У патисуми не было ни клыков, ни полноценной пищеварительной системы. Свою добычу растение несколько дней растворяло кислотным соком, все – ткани, органы, даже кости и шерсть. Финалом этой охоты становилось насыщение цветка-паразита веществами, необходимыми для формирования новых семян, и превращение останков жертвы в бесформенную слизь.

Как только на Нергале появились люди, патисуми попросту включил их в свой рацион. Почему нет? Они поддавались действию токсичного тумана, как самые обычные животные. Они подходили для питания. Ну а то, что они были умнее прежних обитателей планеты… Какая разница тому, кого интересует лишь плоть?

Колонисты пытались бороться с неожиданным врагом. Да, сначала они потеряли немало жизней, не разобравшись в природе тумана. Но потом они изменили стратегию, они действовали решительно… И ничего не добились. Семян патисуми в тумане летало слишком много, перехватить их все оказалось нереально. У этого растения не было четкой среды обитания, а значит, его невозможно было вытравить. Ночью еще был шанс уничтожить взошедшие цветы – они закрывались, превращаясь в плотные бутоны. Но какой смысл? Все равно что попытка истребить на Земле комаров, убивая их по одному! Рискуя жизнью, колонисты вырубали крупные цветы ночью. День пробуждал новые.

В конце концов люди смирились. Они затаились в горах, где ядовитый туман не мог до них добраться. Дикари тоже приноровились жить в вечной опасности, используя укрытия и целебные травы. Но покорить патисуми не удалось никому.

Альда понимала, почему на это растение нацелился Триан, для легионера оно было настоящим сокровищем. Но что толку, если его нельзя получить?

– Как штатный телепат «Северной короны» я говорю тебе свое решительное нет!

– Очень решительное нет получилось, – оценил легионер. – Сохрани, будешь периодически электроскату вручать. А мне необходим этот цветок.

– Триан, ты не можешь превратиться в растение! Не в том смысле, что с тобой что-то не так, а в том, что это невозможно. У вас анатомически нет ничего общего!

– Диана могла. Она как минимум в кратериум превращалась – это из того, что мы знаем.

– Диана – плохой пример. Ты и сам говоришь, что у нее были другие способности, выше уровень по телепатии, больше опыта по трансмутации. Да и потом, я сильно сомневаюсь, что Диана сразу же схватилась за кратериум! Мы же с тобой определили, что нужно начинать с существ попроще, хоть сколько-то близких человеку… А ты что? Один раз прошел перевоплощение в василиска – и все, уже мастер?

– Два раза, – уточнил Триан. – Используя материал Хайда, я перевоплощался в снежного демона. Все прошло успешно.

– Что?.. Это еще когда было? Где? Почему я не знаю?

– Недавно, на «Северной короне», в моей спальне. Тебе следует чаще туда заглядывать, там порой происходят удивительные вещи.