Читаем Ближайшие союзники? Подлинная история американо-израильских отношений. Том II. Эпоха дипломатии: сорок лет «борьбы за мир» полностью

Две поездки Дж. Буша в Израиль и на территорию, подконтрольную Палестинской администрации, были призваны во многом стать противовесом неудачам в Ираке: «Да, иногда и кое-где проблемы есть, но вот зато…» Примерно такую карту и стремилась разыграть американская дипломатия. Махмуд Аббас — не Ясир Арафат, а Эхуд Ольмерт — не Ариэль Шарон, в их обществе президент Дж. Буш-ст. мог демонстрировать свои лидерские качества, рисуя перед их глазами горизонты грядущего мирного урегулирования.

Однако выглядело все это странно. В конце концов, план двух государств для двух народов — израильтян и палестинских арабов — был с помпой обнародован Дж. Бушем-мл. еще 24 июня 2002 года. 30 апреля 2003 года Госдепартамент опубликовал «Дорожную карту» палестино-израильского урегулирования. Дж. Буш-мл. не раз принимал израильских и палестинских руководителей, а в ноябре 2007 года провел представительную международную конференцию в Аннаполисе. В результате, однако, палестино-израильский переговорный процесс не привел ни к каким прорывам, Израиль же за эти годы в одностороннем порядке вывел войска и эвакуировал поселенцев из сектора Газа и Северной Самарии и почти закончил строительство так называемой разделительной «стены безопасности» на Западном берегу. Переговорный процесс между сторонами шел ни шатко ни валко и не привел ни к каким реализованным договоренностям.

Будучи формально высшими руководителями, и Э. Ольмерт, и М. Аббас де-факто были полководцами без войска, так как социум в большинстве своем их не поддерживал. Таким образом, призывы Дж. Буша к М. Аббасу и Э. Ольмерту «к совместной работе для обеспечения мира в регионе» являлись не более чем благими пожеланиями, ибо, даже если они и пришли бы к тем или иным договоренностям, едва ли в их силах было эти договоренности реализовать. Обстрел из Газы торгового центра и поликлиники в израильском прибрежном городе Ашкелоне ровно в день приезда в Израиль Дж. Буша отчетливо продемонстрировал, кто на палестинских территориях обладает реальными возможностями.

Здесь заключен еще один парадокс: хотя ХАМАС выиграл вполне демократические выборы в Законодательный совет Палестинской администрации, которые были фактически навязаны палестинцам американцами, позиция администрации Дж. Буша состояла в том, что с ХАМАСом не может быть никаких переговоров.

ХАМАС и в самом деле менее всего напоминает организацию, устремленную к мирному урегулированию[320], и приуроченные к шестидесятилетию Государства Израиль заявления министра иностранных дел хамасовского кабинета М. аз-Захара о том, что с еврейским государством нет и не может быть никакого мира, а вооруженная борьба продолжится до полного освобождения всей Палестины, оставляют мало поводов для оптимизма. М. аз-Захар продолжает говорить то же самое и поныне, и уже после подписания в конце апреля 2014 года нового соглашения между ФАТХом и ХАМАСом он подчеркнул, что данное соглашение отнюдь не означает, что ХАМАС признает Израиль или какие-либо соглашения, подписанные с его руководителями представителями ФАТХа[321]. Факт, однако, состоит в том, что ХАМАС выиграл демократические выборы, которые прошли на территориях, подконтрольных Палестинской администрации, именно потому, что на этом настаивали американцы. Бойкот победителя демократических выборов со стороны инициатора этих выборов едва ли способен стать фактором, приближающим решение каких бы то ни было проблем ближневосточного региона.

Восемь лет правления Дж. Буша-мл. привели к тому, что американское общество страшно устало от проблем Ближнего Востока и хотело отгородиться от них насколько можно более высокой стеной. Афганистан, Ирак, Иран, Израиль, палестинцы — американцы хотели забыть об этом регионе, в который сколько ни вкладывай сил и ресурсов, всё впустую. Для Израиля наступала новая эпоха, когда из стратегического союзника США он в глазах президента и администрации вновь стал превращаться в обузу. Новый президент хотел «вернуться в Америку», как можно меньше занимаясь судьбой других стран, где бы они ни находились.

ЧАСТЬ IX.

ПОВЕСТКА ДНЯ: АМЕРИКАНО-ИЗРАИЛЬСКИЕ ОТНОШЕНИЯ — СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Глава 25

От «Нового начала» — к потере Ближнего Востока: администрация Б. Обамы и второе правительство Б. Нетаньяху до и после «арабской весны»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное