Блокадные будни одного района Ленинграда

«После снятия блокады вернулся в Ленинград. Видел огромную колонну пленных немцев примерно в 8 рядов – конца не видно. Она двигалась по Нарвской площади по направлению к Кировской площади. Думаю, что на строительство разрушенного жилья. <…>

Во дворе и парке „Екатерингофском“, раньше он назывался парк имени 1-го Мая, очень много травы и цветов. Мы это использовали, играя в прятки.

Народу почти нет. По пути в баню мы с бабушкой не встретили ни одного человека. Все вымерло! А ведь прошли большое расстояние от Нарвской до Кировской площади.

По левой дорожке парка 30-летия ВЛКСМ (еще раньше – им. 1-го Мая), ныне „Екатерингофский“, на расстоянии 100–150 метров справа находился разрушенный осколками снарядов аттракцион „Чертово колесо“. Он представлял собой иссеченный осколками круг из металлической арматуры. Желающие ложились в центр диска, держась за него руками. При вращении все слетали с диска на опилки, под общий хохот. <…>

Как сыну погибшего отца, мне по ленгизу[1079] выдали американские коричневые ботинки на толстой подошве.

Рядом с нашим домом справа находилась куча белых керамических электропробок высотой со стог сена. Возможно, из-за артобстрелов, авианалетов и пожаров они часто перегорали.

По каналу[1080]

ездили машины не на бензине, а топливом им служили мелкие чурбачки из дерева, размером с катушку (видно, их заготовки), да и сами катушки.

Много лошадей с телегами. <…>

На нашем канале и в парке было много огородов для жителей прилегающих домов» [1081].

Отдельные части территории парка имени 1 Мая стали расчищать уже в 1944 г.

В годовых планах озеленения и благоустройства Ленинского райсовета второй половины 1940-х гг. среди запланированных работ в парке значились: вывоз мусора, металлолома, засыпка траншей и воронок, ремонт дорожек, завоз щебня и кирпича. Только четырежды в документах 1948 г. упоминаются «разборка фундаментов» с уточнением – в восточной части парка и «перенесение» 75 т «строительного мусора»[1082].

«Война еще не кончилась, но блокада Ленинграда была в 1944 году снята, и мы с мамой, как и все ленинградцы, стремились возвратиться к себе домой. Мы так устали, соскучились, мечтали о мирной жизни, о воссоединении семьи. Мой папа погиб, защищая наш Ленинград, в мае или марте 1943 года под ж/д станцией Поповка рядом с Ижорскимзаводом. <…>

В августе 1944 года я сдала выпускные экзамены в техникуме в Свердловске. Не дожидаясь, когда оформят документы об окончании учебы, мы с мамой уехали в родной Ленинград. Я поступила работать в продуктовый магазин, проработала два месяца и ушла работать экономистом планового отдела в Кировский райпищеторг. Мне было 19 лет»[1083].

Валентина и Нина Купцовы на Перекопской (Сутугиной) улице. Послевоенная фотография. Публикуется впервые