Блуд на Руси

Всякая мать имела право умертвить новорожденную дочь, когда семейство было уже слишком многочисленно, но обязывалась хранить жизнь сына, рожденного служить отечеству. Сему обыкновенно не уступало в жестокости другое: право детей умерщвлять родителей, обремененных старостью и болезнями, тяготных для семейства и бесполезных согражданам. Так народы самые добродушные, без правил ума образованного и Веры истинной, со спокойной совестью могут ужасать природу своими делами и превосходить зверей в лютости! Сии дети, следуя общему примеру как закону древнему, не считали себя извергами: они, напротив того, славились почтением к родителям и всегда пеклись об их благосостоянии...

Священники именем народа приносили жертвы и предсказывали будущее. В древнейшие времена Славяне заклали, в честь Богу невидимому, одних волов и других животных. Но после, омраченные суеверием идолопоклонства, обагряли свои требища кровию христиан, выбранных по жребию из пленников или купленных у морских разбойников. Жрецы думали, что идол увеселяется христианскою кровию, и к довершению ужаса, пили её, воображая, что она сообщает дух пророчества. В России также приносили людей в жертву, по крайней мере, во времена Владимировы. Балтийские Славяне дарили идолам головы убиенных опаснейших неприятелей...

Николай Карамзин (1766-1826)

историк, писатель.

Показание № 4

В древнейшее время русские почти исключительно жили нападениями на другие народы и военными грабежами. Главную заботу в этих нападениях составляли пленники и пленницы, вследствие чего у них явилась нарочитая и обширная торговля невольниками и невольницами. С течением времени русские перестали быть исключительно разбойниками, но торговля невольниками и невольницами, по старой привычке, продолжала составлять их специальность, и так это было, как мы положительно знаем, и в ( веке. Но относительно этого особого рода товара ввелся обычай, что пока он находился в руках у купцов, последние пользовались им сами: положительные свидетельства из ( века говорят нам, что каждая продаваемая невольница была для русского, если он только хотел того, и его наложницей, и что это считалось делом вполне естественным и обыкновенным.

Евгений Голубинский (1834-1912)

историк русской церкви,

академик Петербургской АН.

Показание № 5

Русские славяне верили в загробную жизнь, но имели о ней такие же земные представления, как и большая часть других языческих народов. Загробное существование, по их понятиям, было как бы продолжением настоящей жизни. Рай они воображали себе каким-то цветущим зеленым садом, принадлежащим собственно людям свободным, где женщины и рабы должны по-прежнему служить своим господам...

Главным народным божеством собственно Русского племени всегда оставался громовник Перун. Его имя Русь употребляла в самых торжественных клятвах; причем рядом с ним ставила только одного Волоса, покровителя земледелия. Впрочем, религиозное чувство Славяноруссов, способное к сильным порывам, не отличалось вообще мрачным и угрюмым настроением. Это видно уже из самого представления их о рае, как о светлом, зеленом саде (не похожем на скандинавскую Валгаллу). То же показывает их любовь к частым праздникам и песни в честь бога Лада или Леля, как источника любви и веселья. Самые жертвоприношения богам обыкновенно заключались веселым пиром и шумными игрищами.

Дмитрий Иловайский (1832-1920)

историк.

Показание № 6

Кровавая месть, частая возможность убийства в ссоре,... скорость к обиде, преобладание физических стремлений, мало сдерживаемых религиозными и нравственными законами. Сила физическая на первом плане - ей весь почет, все выгоды. В битвах личная, материальная сила преобладает, отсюда видим частые единоборства, в которых оружие не употребляется.... Когда право силы есть высшее право, то, конечно, сильный не будет сдерживаться перед слабым, нравы не могут быть мягкими. Несмотря же на уважение к силе, она не считалась единственно позволенным средством к торжеству; хитрость ценилась так же высоко, считалась мудростью; перехитрить, переклюкать было тоже подвиг. Легко понять, что все природные стремления сильного не знали границ при возможности удовлетворить им: таково женолюбие язычника Владимира. Богатыри после подвигов силы не знали других наслаждений, кроме физических. "Руси есть веселие пити", - говорит Владимир.