Блуд на Руси

Хотя обязанности должностных лиц у Мосхов носят почти одинаковые названия, как и в Польше, однако, в самом отправлении большей части их видна, с той и с другой стороны разница. У Поляков все направлено к свободе знати, в Московии же, вообще говоря, все находится в жалком, рабском подчинении. Некоторые высшие должности, когда-то обладавшие некоторым подобием свободы, либо совершенно отменены царями, или же власть и могущество их до того ограничены, что даже сами бояре, именовавшиеся правителями государства, ныне едва-едва могут считаться наравне с частными, простыми советниками. Но, кажется, многих (я далек от того, чтобы сказать "всех"), одновременно с из обессилением, одолело сильное любостяжание, которым они, хоть отчасти, удовлетворяют если не честолюбию своему, то жадности. Так сильно господствует ныне обман, подкуп, до того стало обычным развращать и развращаться! . .

Дабы открыто явить себя ревностными хранителями стародавних понятий, Русские не допускают всех, без разбора, чужестранцев внутрь страны, а тех, кои допущены и кои начнут говорить об изменении существующего порядка, тех они выслушивают не благосклонно... Мало того, говоря об иностранных делах, они обыкновенно упорно твердят: хорошо это у них делается, да только не по нашему обычаю. Ибо они легковерно ласкают себя льстивым убеждением, что кроме Московии нигде ничего хорошего не делается и что людям хорошо только у них.

Едят они просто, но обильно, а также много спят. Цвет лица у них такой же, как у европейцев, благодаря холодному климату, исправившему первоначально темный, азиатский. Внешний вид женщин несколько более изящен, но лицо у них круглое, губы выдаются вперед и брови всегда подкрашены, да и все лицо разрисовано, ибо они все употребляют притирания. Обыкновение румяниться считается, в силу привычки, столь необходимым, что женщину, не пожелавшую покрасить свое лицо, сочли бы за надменную и стремящуюся отличиться перед другими, ибо она-де дерзко считает себя достаточно красивою, нарядною и без краски. Большинство женщин посвящают сему простому занятию много труда, но в возмездие за эту поддельную красоту, они, приближаясь к старости, имеют лица, изборожденные морщинами. Так сильно они белят и румянят его, некрасивое, в естественном своем виде, хотя не могу отрицать того, что и у Русских встречаются свои Венеры...

Когда бранятся, Русские наши в обыкновенных разговорах не прибегают, как это обычно делается у многих народов, к заклятиям небесными и подземными богами, но говорят почти богохульства, пользуясь постоянно бесстыдными выражениями. Рассерженные чем бы то ни было, они называют мать противника своего, жидовкою, язычницею, нечистою, сукою и непотребною женщиною. Своих врагов, рабов и детей они бесчестят названиями щенят и выблядков, или же грозят им тем, что позорным образом исковеркают им уши, глаза, нос, все лицо и изнасилуют их мать... Впрочем, Русские, не стесняясь, задирают и иностранцев всяких, в особенности же немцев, бесстыдными речами и, если встретятся случайно с ними, то громко обзывают их глупейшею бранью "шишами". И хотя эта легкомысленная дерзость языка нередко наказывается тяжким бичеванием, все-таки Русские от неё нисколько не исправляются...

У них в ходу большом рабская уловка, и они умеют быстро, как никто другой, облекаться в лисью шкуру, когда львиная кожа оказывается недостигающей цели, придумывать обманы, обойти ласками, в торжественную клятву поместить нечто свое, лживое, и скрывать многое, то под личиною ненависти, то под личиною любви. Жители же Москвы считаются ещё более хитрыми, чем остальные. Что касается всего, более возвышенного, то они в этом и поныне оказываются тупыми и неспособными, а эта тупость поддерживается в них климатом и весьма грубым напитком - водкою, которою они постоянно напиваются.

За сим, они подозрительны, пропитаны, так сказать, подозрением, ибо, будучи вероломными по отношению к другим, и сами не могут верить кому бы то ни было. К лести они столь склонны, что у них вошло в постоянный обычай придавать лицу приятное выражение, покрывать руку бесчисленными поцелуями и подкреплять льстивые, ложные речи клятвою. Для друзей они делают многое даром, но всегда с каким-либо расчетом для себя. Особенно же, крайне дерзко полагают, что иностранцы обязаны им всем, и стараются извлечь пользу, каким бы то ни было образом, из них всех.