Бог есть: как самый знаменитый в мире атеист поменял свое мнение

Логический позитивизм, как некоторые, возможно, помнят, был философией, представленной в начале 20-ых годов европейской группой под названием «Венский кружок» и популяризированной в англоговорящем мире А.Д. Айером в его работе «Язык, истина и логика» (1936). Согласно логическим позитивистам, значимыми утверждениями являются только те, которые могут быть проверены через чувственный опыт или просто в силу своей формы и значения используемых слов. Таким образом, утверждение было значимым, если его истинность или ложность могли быть проверены посредством эмпирического наблюдения (например, с помощью научного исследования). Утверждениями логики и чистой математики были тавтологии[3]; это значит, что они были истинными по определению и являлись всего лишь способом использования символов, которые не выражали никакой истины о мире. И больше не было ничего, что могло быть познаваемым или логически рассмотренным. В сердце логического позитивизма лежит принцип проверки, положение, согласно которому смысл утверждения заключается в его проверке. В результате только значимые утверждения были теми, которые использовались в науке, логике или математике. Утверждения из области метафизики, религии, эстетики и этики были признаны практически не имеющими значения, поскольку они не могли быть проверены эмпирическим методом. Они не были ни обоснованными, ни необоснованными. Айер сказал, что является абсурдным называть себя как атеистом, так и теистом, поскольку утверждение «Бог существует» просто не имеет значения.

Сегодня многие вводные работы по философии связывают подход Флю в «Теологии и Фальсификации» с Айеровской логико-позитивистской критикой религии, поскольку оба подвергают сомнению значимость религиозных утверждений. Однако подобная картина не отражала ни в коей мере личного понимания Флю этого вопроса ни тогда, ни сейчас. На самом деле, будучи далёким от поддержки позитивистского взгляда на религию, Флю считал свою работу последним гвоздём в крышку гроба данного подхода к изучению философии. На презентации в 1990 году, которую я организовал в честь сороковой годовщины с момента публикации работы «Теология и фальсификация», Флю заявил:

«Ещё будучи студентом я всё больше разочаровывался и возмущался по поводу тех философских споров, которые, казалось, постоянно возвращаются к логическому позитивизму, наиболее ярко изложенному в работе... „Язык, истина и логика“, и которые никогда не двигаются дальше, оставляя его позади... Идея обеих этих работ [текст „Теологии и фальсификации“ был впервые представлен в Socratic Club, а затем опубликован в университете] была одинаковой. Но вместо высокомерного заявления о том, что всё, что может сказать любой верующий, должно быть априори исключено из обсуждения как якобы нарушающее священный принцип проверки, который, как ни странно, выступает здесь в качестве светского откровения, я решил предложить более ограниченную дискуссию. Пусть верующие общаются друг с другом, индивидуально и обособленно».

Эта история продолжается и в настоящей работе, в которой Флю вновь говорит о происхождении своего известного исследования:

«В течение моего последнего срока в Оксфордском университете публикация книги Айера „Язык, истина и логика“ убедила многих членов Socratic Club, что айеровская ересь логического позитивизма (спор по поводу того, что все религиозные утверждения не имеют познавательного значения) оказалась несостоятельной. Первая и единственная работа, которую я читал в Socratic Club, „Теология и фальсификация“, содержит то, что, как я считаю, является достаточным опровержением. Я считаю, что одержал полную победу и дальнейшим спорам просто нет места».

Как показывает любая история философии, логический позитивизм действительно потерпел неудачу в 50-ых годах из-за своей внутренней несогласованности. Более того, сэр Альфред Айер сам в статье для сборника, который я редактировал, заявил: «Логический позитивизм уже давно умер. Я не думаю, что многое в работе „Язык, истина и логика“ является истиной. Я считаю, что она полна ошибок. Я думаю, что она была важна в своё время, потому что производила эффект слабительного... Но если присмотреться к деталям, то, я думаю, она содержит много ошибок, которые я исправлял или пытался исправить последние 50 лет».[1]