Бог хочет видеть нас другими

Нам когда передали «Кирпи», было сказано — снимайте видео и хвалите технику!!! Выкладывайте везде где можете видео, где вы говорите какая это ох… машина!

То есть мы даже еще не испытали на деле эту машину, а видео хвалебные уже должны были везде выкладывать. Как я понимаю, это была часть договоренности с турками. Мы вам даем машины — а вы хвалите их и говорите, какая она классная!!!

А машина оказалась 50 на 50, на мой взгляд. Да, были случаи, когда реально спасала даже от танка, а были случаи, когда наоборот: на небольшой мине разматывалась на хрен, и все, стоит посреди дороги, а ребята под прямым огнем орков остаются. Так что все, что вы могли видеть про «Кирпи» — в большей степени болтовня.

6,1к просмотров 19: 28

Клёво, не правда ли? У него жена. У Германа жена. Даже у Цикады, как оказалось, тоже есть любимая. А у меня? Так я впервые задумался о своём одиночестве, которое стало меня почему-то тяготить.

Жизнь моя теперь протекает среди людей простых, от сохи. Есть среди них и местные шахтёры, и жители маленьких городков из-за Урала. То есть такие люди, которых я никогда не видел. Они много курят, едят нездоровую пищу. Например, пельмени. Они употребляют обычную водку. И я ем и пью вместе с ними, и даже ловлю от этого определённый вайб. Здесь всё по-простому, понятно, однозначно.

Мы роем траншеи по колено в жидкой грязи, таскаем тяжеленные ящики с боекомплектом, спим на неудобном лежбище. Баня один раз в неделю, по четвергам. Шумер раз в неделю осматривает всех, как воспитанников какого-нибудь детского сада. О, майгадабал! Его беспокоят вши. Точнее, чтобы этих вшей не было.

Помнил я и про десять грамм метадона, которые передал не тому, кому следовало. Здоровяк с заковыристой фамилией и старомодными политическими взглядами никак не пострадал. Шумер никакого следствия против него не замутил. Сам не знаю зачем, возможно из-за присущей мне любознательности, я осторожно стал прощупывать обоих, превратив свою слежку в своеобразное хобби. Без хобби невозможно быть хеппи. Особенно на фронте. Ах, сорри! На ЛБС так нынче говорят. Вот как это началось.

* * *

Обычная фронтовая работа — рутина, постоянная занятость каким-нибудь непривычным для горожанина физическим трудом и, как следствие, жестокая усталость по вечерам. Поначалу я проваливался в сон, не успев толком поужинать.

Утром я выбирался из блиндажа и тащился на земляные работы. Мы строили нечто, напоминающее Китайскую великую стену, только наоборот. Наша стена не возносилась в небо, а стремилась к центру земли, туда, где тлел вечный огонь подгорних духов. А может быть, там располагается описанный Данте ад? О приключениях Вергилия мне читала мать в детстве. Помнится, ад понравился мне намного больше Средиземья Толкина. В детстве я слыл умным ребёнком. Мать прочила мне карьеру учёного-гуманитария, но я оказался в подмастерьях у экскаватора. Копошась на дне траншеи по щиколотку в ледяной воде, я прокладывал по её дну пластиковую трубу, в которой помещался пучок каких-то загадочных кабелей, назначение которых мне знать не полагалось. Это длилось два дня. На третий день мы со товарищи принялись укладывать и крепить кольца колючей проволоки, крыть переходы между траншеями лохматыми масксетями. О, майгадабал! При таких-то прозаических обстоятельствах я чувствовал небывалый душевный подъём даже в те моменты, когда над нашими головами кружились вражеские беспилотники. Их появление всегда побуждало к нешаблонным действиям. Например, к спасению слабых, а именно той самой влюблённой в Шумера девушки по имени Виталия с надписью «Press» на синем бронежилете. Так случилось, что при очередном налёте она оказалась рядом. И вовсе не случайно. Она примчалась следом за Шумером, который прибыл для инспекции наших работ. А тут как раз налёт.

Всё попрыгали кто куда. Шумер ревел:

— Огня не открывать!!!

Я, подмяв под себя Виталию, сполз в мокрую траншею, под покров свеженатянутой масксети. Некоторое время мы лежали, прижавшись друг к другу, она снизу, я на ней. Пикантность момента несколько портили надетые на обоих бронежилеты. Меня потряхивало от хохота, но она истолковала моё состояние на свой лад.

— А ты смелый… — пробормотала она. — Все боятся дронов, а ты…

— И я боюсь…

Я прижал её посильнее.

— Это очень трогательно… ты закрываешь меня своим телом… — проговорила она отстраняясь.

— Ерунда. На этом дроне нет мины.

— Откуда знаешь?

— Разбираюсь. Это крошка размером с ладонь. Разведчик. На нём только камера. Причём плохонькая. Это обычный мавик.