Богатырская дружина Мономаха. Русь в огне!

Поход в этот год, впрочем, так и не состоялся – из-за распрей между Святополком и Мономахом, которого великий князь справедливо считал главным виновником возникших бед. Себе же Святополк, забывший о совершенных поначалу глупостях, о позоре Треполя и Желани, виделся великим миротворцем, установившим прочный мир с половцами, навсегда разрушенный теперь Мономахом.

Половцы тем временем не дремали. Все лето они осаждали город Юрьев и едва не взяли его. Послам Святополка с трудом удалось уговорить их выпустить жителей из города. Святополк приказал построить город на Витичевском холме, без ложной скромности назвав его Святополчим градом, и расселил там юрьевцев, поскольку покинутый людьми Юрьев половцы сожгли.

Мономах же, раздувший пламя новой войны с половцами, казалось, меньше всего о них думал. По его указанию Мстислав присоединял к его владениям Смоленское и Ростовское княжества – действуя не силой, а убеждением. Впрочем, войско при нем тоже присутствовало. В Муроме Мономах посадил своего сына Изяслава, бывшего до этого князем курским, а Олегова посадника изгнал. Он задумал окружить Черниговскую землю с севера, запада и юга, и только с востока оставалось бы Киевское княжество, но Святополк был сейчас противником Олега.

Святополк смотрел на это неслыханное увеличение Мономаховых владений и сознавал, что ничем не может этому помешать. Воевать с Мономахом в нынешнем положении было бы безумием, воздействовать же на него убеждением великий князь никак не мог.

Мстислав был рад поручению отца, отвлекавшему его от невеселой и несчастливой жизни. Но как раз когда он был в Ростове, из Новгорода пришло тревожное известие. Князь Давыд Святославич, брат Олега, уступавший тому в честолюбивых замыслах, но не уступавший в наглости, вторгся в Новгород и провозгласил себя местным князем. Новгородцы, очень любившие Мстислава, немедленно послали за ним в Ростов. Мстислав, уже закончивший там свои дела, поспешил с возвращением.

Оба войска не уступали друг другу, однако Давыд Святославич, понимая, что новгородцы хотят видеть князем не его, а Мстислава, решил отказаться от Новгорода. Но взамен он требовал себе Смоленск. Усобица, предсказанная императором Алексеем Комниным, уже начиналась, хотя пока лишь разгорались слабые ее угольки.

Мстислав направил послание к отцу. Мономах вынужден был согласиться с требованием князя Давыда. Его план, почти уже удавшийся, терпел крах. С севера Олег оказывался поддержан родным братом.

И в тот же год, двадцать восьмого августа, снова пришла саранча на Русскую землю. Она летела к северным странам, поедая траву и просо, и видеть это было жутко.

Возвращение Чернигова

В 1096 году стало известно, что Тугор-хан готовит большой поход на Русскую землю. Больше медлить было нельзя, надо было начинать первыми. Святополк и Мономах вновь отправили послание к Олегу, призывая его прибыть в Киев и заключить договор перед епископами, игуменами и городскими людьми, чтобы вместе оборонять Русь от половцев. На этот раз Олег снизошел до ответа. Он высокомерно написал: «Нелепо судить меня епископу, или игумену, или черни».

– Ты же видишь, – говорил Мономах Святополку, – он не променяет дружбу с половцами на союз с нами. И мы не можем начинать поход, покуда не поставим его на место, а то он поддержит половцев.

Олегу было направлено новое послание, где говорилось: «Раз ты не идешь ни на поганых, ни на совет к нам, так, значит, ты дурное задумал против нас и поганым хочешь помочь, – пусть же Бог нас рассудит». Святополк и Мономах решили идти на Олега к Чернигову.

Мономах ликовал. Он не только не допустил пугавшего его союза между Святополком и Олегом, но, напротив, сделал великого князя своим союзником в борьбе против Олега.

Войска обоих князей вторглись в Черниговскую землю. Третьего мая, в субботу, Олег с войском в панике бежал из Чернигова, рассчитывая соединиться с братом. Но Давыд Святославич не посмел прийти на помощь к Олегу – ведь в войне с тем участвовал сам великий князь, чей авторитет был пока еще весьма высок. Святополк и Мономах преследовали Олега. Тот затворился в Стародубе, где князья-союзники осадили его. Город неоднократно пытались взять приступом, но каждый раз осажденные отбивали атаку. Убитых и раненых с обеих сторон было очень много.

Осада длилась больше тридцати дней. Наконец осажденные изнемогли, и Олег запросил мира. Его допустили к переговорам.

– Ты готов оставить Стародуб и вернуть мне Чернигов вместе со всем моим княжеством? – спросил Мономах, упиваясь победой.

— Готов, – ответил Олег сквозь зубы. – Могу ли я пойти в Смоленск к своему брату?

Это был единственный путь, который ему оставался.

– Можешь, – милостиво согласился Святополк. – Иди к брату своему Давыду, но потом оба приходите в Киев к престолу отцов наших и дедов наших, ибо то старейший город во всей земле нашей. Там достойно нам сойтись и договор заключить.