Как видим, Ардви Сура Анахита оказывается связанной не только с водами, но и с влажным началом вообще, будь то мужское семя или молоко женщин, плодородие стад и полей.
Весьма близкие представления мы видим и в славянском язычестве. «Беседа Григория Богослова об испытании града» говорит про древнерусские верования в частности так: «Овъ реку богыню нарицаеть и зверь, живущь в ней, яко бога нарицая, требу творить»504. Словно в насмешку над данным поучением, демонстрируя уже откровенно языческие воззрения по отношению к главному женскому персонажу новой религии, народное сказание о Мамаевом побоище отождествляет Дон с Богородицей: «Втепор сила Мамая безбожного, пса смердящего, нашу силу побивать стала. Русский посол Захарий Тютрин с мохначами, бородачами-донскими казаками… возмолились: «Господи Иисусе, истинный Христос, Дон-мать пресвятая Богородица! Не попустите некрещеному татарину наругаться над храмами вашими пречистыми, пошлите нам заступника Георгия Храброго»505. Несмотря на христианские поучения народ вновь нарек реку богиней, правда, уже не языческой, а христианской, что, впрочем, сути дела, нисколько не меняло, поскольку именно к ней он и обращался за помощью. В народных представлениях именно женские сверхъестественные персонажи осуществляли кругооборот воды земной и небесной: «Малороссы говорят: «веселка воду бере», т. е. показалась радуга, или «веселка-красна пани з криници воду бере». Название веселка (веселка, веселуха, висялуха) означает: висящая (на воздухе). В Харьковской губ. рассказывают, что радуга есть труба, одним концом касающаяся неба, а другим опущенная в какой-нибудь колодец, из которого Царица Небесная (Богородица) тянет воду»506. Болгары же видели в радуге пояс Богородицы, в то время как словенцы называли радугу божьим престолом. В более позднюю эпоху образ небесной женщины, связанной с мировыми водами, сохранился в украинской народной астрономии, где зафиксировано название «Дiвкi» или «Дiвчины з вiдрами».
Окончательно на главный персонаж христианской религии переносятся языческие представления о богине-владычице вод в одном русском заговоре, в котором говорится: «ты, пресвятая Богородица, испустила моря и реки, и озера из одного места, из-под белого камня»507. Впрочем, это представление вкупе с верой в силу икон могло сыграть с главным женским персонажем новой религии и злую шутку: «В июне 1930 г. крестьяне с. Щербеть Спасского района ходили с молебствием на поля. Но дождя не было. Тогда они положили икону богородицы в ручей и приставили к ней часового с угрозой: «До тех пор не вынем тебя из воды, пока не пойдет дождь». Так и было сделано»508. Выше уже отмечалось, что В.И. Даль производил Мокошь от слова макать, то есть опускать в жидкость и вынимать, и эта этимология находит себе полную аналогию в одном из вариантов «Голубиной книги», где Богородица омывается в Океане-море.