Большая игра. Звезды мирового футбола

Всего за минуту до конца игры Гвидо делает точный пас Гуллиту, стоящему перед пустыми воротами противника. Это его звездный час, но он захвачен врасплох: пытается подпрыгнуть, не может оторваться от земли, нагибается… И мяч пролетает над головой. Да, Гуллит превращается в футболиста пятого состава. Женщина-арбитр дает финальный свисток. AFC проигрывает 5:3. Рууд пожимает всем руки. Он поздравляет судью и, не обращаясь ни к кому конкретно, восклицает: «Второй тайм был лучше!»

После игры либеро появляется в кафетерии в сером шерстяном итальянском пальто (самый элегантный мужчина Великобритании 1996 года!). Пропускает стаканчик безалкогольного напитка с товарищами по клубу. И через пять минут уезжает вместе со всеми в автобусе, что для футболиста с континента, привыкшего к спортивным машинам, в новинку. При этом никто из посетителей даже не обернулся.

Не то чтобы амстердамцы забыли Гуллита. Просто они не сходят с ума по кумирам. Здесь не принято обращать внимание на происходящее. Даже если за соседним столиком кафе Иисус Христос выпивает с Нельсоном Манделой. Тут объявили банкротом Рембрандта, изгнали из синагоги Спинозу, прозвали «алчным волком» Кройфа. А Джону Леннону и Йоко Оно, покидая столицу Нидерландов после «лежачей забастовки за мир» в отеле «Хилтон», пришлось вернуть велосипеды местным хиппи. Поэтому нет толпы и вокруг Гуллита. Но именно такое отношение и привлекает футболиста в Амстердаме, где он родился.

Здесь с легкостью можно затеряться среди бывших знаменитостей. Он даже не самый известный Рууд в Голландии. Его затмили блестящий молодой бомбардир Рууд ван Нистелрой. А также герой реалити-шоу «Большой брат», которого стошнило в прямом эфире на национальном телевидении.

Возможно, Гуллиту не следует уходить в «Фулхэм».

Кстати, именно в 2000 году голландское телевидение придумало реалити-шоу «Большой брат».

Лотар Маттеус: читатель таблоидов

Июнь 2000 года

«Знаете что? — предлагает Лотар Маттеус. — Давайте еще раз каждый задаст вопрос о моей родной стране». Присутствующие отрицательно качают головами. Мы и так знаем о футболисте все что необходимо.

Февраль 2000 года, понедельник, вечер. В пригороде Амстердама в комнате для переговоров отеля, построенного в сталинском стиле, Маттеус собрал семерых журналистов со всей Европы. Он готовится к товарищескому матчу между сборными Голландии и Германии, а через семнадцать дней лучший немецкий игрок своего времени в тридцать девять лет завершит карьеру в Европе и отправится в Нью-Йорк немного развеяться.

Пресс-брифинг должен начаться ровно в восемь вечера. Точно в назначенное время в помещение вошел крокодилоподобный футболист немецкой сборной, чтобы обсудить тактику будущей игры. Вслед за ним появляется большеголовый маленький человечек средних лет. Он машет собравшимся рукой и строит смешные рожи. Это Лотар Маттеус.

Важнейшее качество, которым должен обладать любой футбольный обозреватель, — это то, что немцы называют sitzfleisch: склонностью к сидячей работе. Журналисты полтора часа скучают в баре. «Крокодил» убирается из комнаты только в половине десятого.

Мы устремляемся в переговорку, откуда нас тут же выставляет Оливер Бирхофф: у капитана немецкой сборной что-то вроде афтепати с Маттеусом и наставником сборной Эрихом Риббеком, элегантным мужчиной, больше похожим на посла в Вашингтоне, чем на тренера. Мы возвращаемся в бар.

Около десяти вечера, хотя никто из журналистов давно не следит за временем, наконец появляется Бирхофф. Увидев нас, он поднимает брови, как Роджер Мур в роли Джеймса Бонда, и говорит: «Интервью с Лотаром. Всегда интересно». И затем начинает разговаривать по мобильному телефону по-итальянски. Образованный человек. Его отец был большой шишкой в какой-то энергетической компании. В детстве Оливер брал уроки тенниса и игры на гитаре, позже изучал корпоративную экономику. Став профессиональным футболистом, в свой первый сезон заработал меньше отца. Маттеус на него совсем не похож.

Мы, уже осторожнее, входим в комнату. Маттеус с притворным вниманием слушает пресс-атташе, но разрешает поболтаться нам вокруг, пока агент не исчезает. В десять вечера у футболистов наступает отбой, но журналистам предлагают сесть и немного расслабиться.

«Интересный командный разговор?» — спрашивает корреспондент легендарного немецкого футбольного журнала Kicker.

«Как видите», — говорит Маттеус, указывая на гостиничные блокноты, все еще лежащие на столах. Их страницы исписаны каракулями и неумелыми рисунками.