Читаем Большой план апокалипсиса. Земля на пороге Конца Света полностью

Восторжествовав над южными провинциями Китая, тайпины, не откладывая в долгий ящик, взялись за радикальные социальные преобразования. Объявили общественный труд обязательным, конфисковали нажитое неправедным путем имущество феодалов и крупных торговцев, распределив среди обездоленных, а схваченных коррумпированных имперских чиновников казнили без жалости и промедления. Недаром, друзья, великий кормчий Мао Цзэдун спустя сто лет называл их первыми китайскими коммунистами. Ну а поскольку и коррумпированных чиновников, на которых клейма негде ставить, и обездоленных в Цинской империи хватало, движение получило широчайшую поддержку, и очень скоро тайпины обладали и дисциплинированной армией, и мощным речным флотом, и целой плеядой городов, самым крупным из которых был Шанхай. Вероятно, повстанцы захватили бы и Пекин, но их сгубил революционный радикализм. Проповедуя причудливую вариацию воинствующего христианства, тайпины принялись крушить буддийские, даосские и конфуцианские храмы, пагоды, монастыри и прочие святыни, что оттолкнуло от них многих сторонников.

Да и провозглашенные принципы социальной справедливости вышли тайпинам боком. Суровые меры против торговцев и война, в ходе которой были разрушены оросительные каналы и плотины, сожжены поля и разорены деревни, спровоцировали коллапс экономики, а за ним и голод. Когда же тайпины запретили курение опиума, англичане немедленно разлюбили их. И это стало началом конца тайпинов, из чего можно, пожалуй, резонно заключить: на берегах Туманного Альбиона повстанцев рассматривали как силу, способную подорвать остатки могущества империи Цинь, и не более того. Как только они замахнулись на святое, то есть на опиум, в Китай прибыл англо-французский экспедиционный корпус и целая куча европейских инструкторов, взявшихся сколачивать из деморализованных цинских отрядов вполне боеспособные единицы.[513] Самым известным из военных советников на службе у только что разгромленной империи Цин, вероятно, следует считать знаменитого британского генерала Чарльза Гордона, хоть он, безусловно, был не одинок. Компанию ему составляли многие британские и французские офицеры, а также наемники из Соединенных Штатов, среди которых особенно прославился (грабежом и убийствами) некий полевой командир Фрэнсис Уорд. В общем, участь повстанцев была предрешена, куда их джонкам, мечам и кремниевым ружьям было тягаться с оснащенными по последнему слову западной военной науки наемниками и фрегатами англо-французской эскадры. Без шансов, что называется…

Кода последних тайпинов добили в 1864 г., Китай как независимая страна фактически прекратил существование. Часть его приморских территорий перешла к Британии. Китайская контрибуция перекочевала на счета европейских банков, а император уже ничего не имел против того, чтобы его подданные курили опиум, да пожалуйста, сколько угодно. Кроме того, европейцы получили «зеленый свет» на использование выносливых китайцев в качестве рабсилы (кули) в далеких колониях Великобритании и Франции. Эксплуатировали рабский труд кули и в США. Негров там к тому времени уже не хватало. И это, друзья, не пустые слова. Если читали роман Стивена Кинга «Безнадега», должно быть, помните взорванную старую шахту, забитую истлевшими телами китайских шахтеров? Читая роман лет пятнадцать назад, я еще удивился тогда, откуда в конце XIX в. было взяться в штатах китайцам? А вот оттуда, их доставили, как прежде доставляли черных рабов из Дагомеи. Все было по закону, Цинские императоры дали отмашку…

14.9. Здесь у него любовь с интересом, тут у него лежбище…

Рынки, пристани, оптовые рынки и зернохранилища полностью разрушены.

В результате этого насилия торговцы со своими людьми, ремесленники и крестьяне бежали.

Из сообщения правителя округа Бирбум навабу Бенгалии о результатах деятельности британцев, 1762

Равнины Индии белеют костями ткачей.

Из сообщения британского генерал-губернатора лорда Уильяма Бентинка, 1834[514]
Перейти на страницу:

Все книги серии 2012. Апокалипсис

Большой план апокалипсиса. Земля на пороге Конца Света
Большой план апокалипсиса. Земля на пороге Конца Света

Ярослав Зуев продолжает 20-летние исследования, начало которых освещено в издании «Проект Земля» (2010), одной из самых успешных книг последнего времени по теме расследования загадок прошлого и альтернативной истории. В новой книге автор с помощью уникальной методики открывает в истории человечества особые реперные точки, где особенно заметны следы коррекции, вследствие которой исторический процесс каждый раз сворачивал в определенное русло, куда, по идее, мог и не сворачивать, если б его слегка не подтолкнули. Многие события прошлого встают в параллель с реалиями сегодняшнего дня, что заставляет задуматься о Великом Спектакле, зрителями которого — хотелось бы верить, что не последними, — мы все становимся. «Есть ли у нас шанс перестать быть марионетками в «натруженных руках» непонятной Закулисы?» — вот вопрос, ответ на который автор ищет вместе с читателями на страницах этой книги.

Ярослав Викторович Зуев

Публицистика / История / Политика / Эзотерика, эзотерическая литература / Эзотерика / Образование и наука

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика