Бранная слава

4. Жёсткий отсев. Лучше отсеять здесь, чем получить сюрпризы на передовой. Поэтому – физические и морально-психологические проблемы заставляют некоторых отправиться домой.

Государство гарантирует добровольцам, что их боевая работа и риски, связанные с ней – достойно вознаграждаются.

Первые «Барсы» ушли на фронт ещё в марте, и многие, отработав оговоренный контракт, уже вернулись в свои подразделения повторно.

По словам руководства спецоперации «Барсы» очень хорошо зарекомендовали себя в составе штурмовых групп, имеют высокую боевую устойчивость и, как я уже говорил, предельно высокую мотивированность. К примеру, один из командиров подразделения, служивший до войны в Росгвардии на Северном Кавказе, специально написал заявление на отпуск за свой счёт, чтобы вступить в «Барс» и отправиться на фронт. Другой, уже очень немолодой доброволец пришёл в подразделение, похоронив сына, погибшего на Украине.

Как нам победить в этой войне

– Я должен занять его место в строю! – сказал отец солдата. Никто не смог ему возразить…

Ещё одного «возрастного» бойца медкомиссия уже собралась было завернуть, но когда его спросили, что он будет делать, не окажись в его аптечке того-то и того-то – бывалый воин поразил даже военных медиков проверенными и эффективными познаниями в области военно-полевой хирургии и анестезии. Пришлось взять.

«Россия без Христа – Богу не нужна!»

Встречи и общение с бойцами на передовой важны не только солдатам – не меньше, а гораздо больше, может быть, они нужны нам, поэтам и писателям этой войны. Потому что после тридцатилетия Русской Смуты конца ХХ века так трудно верить во что-то, кроме Бога! А верить надо. Как минимум в Россию! И если великий Тютчев ещё лишь предположил, что в неё «можно только верить». То после бурь и испытаний ХХ века, перенесённых нашим Отечеством, есть все основания сказать об этом определённее. Мало кто заметил, но с десяток лет назад Верховный в одном из интервью процитировал тютчевские строки по-своему: «В Россию надо просто верить!» Никаких сослагательных наклонений, надо и всё! Точка.

Такое может сказать только человек, который сам для себя уже погиб. Погиб для сомнений и колебаний. Для отступления и «переобуваний в воздухе». Таким человек должен быть на войне, боевые командиры подтвердят: хороший боец должен умереть для себя, только после этого он будет думать на поле боя не о себе, а о выполнении боевой задачи.

Таким должен быть христианин. Именно поэтому русская пехота – лучшая в мире. Потому что это пехота христианская.

Человек, сказавший «А зачем нам такой мир, если там не будет России?», уже сделал свой выбор. И он пойдёт до конца. Также как и русская пехота пойдёт до конца. Только нельзя оскорблять её, русскую пехоту, недоверием и презрительным пренебрежением. Нельзя обманывать её! Нельзя относиться к ней как к бездумным и безгласным колоннам в камуфляже, разглядывая их из мягкого полусвета чиновничьих пульманов.

Это губительно для общего дела, особенно в эпоху интернета и социальных сетей! Почему бойцам не рассказывают о героической гибели «Москвы» (и фронт живёт слухами), об обмене пленными, о зачистках, которые проводит наша контрразведка в тылу, о постепенном втягивании в боевые действия стран НАТО? Усилия армейской контрразведки на фронте видны: вот у кого-то из офицеров внезапно появилась дорогая (не по деньгам) машина, а потом (или до этого) колонну из этой части накрыла украинская арта. За офицером пришли. Работаем дальше.

Точно так же лампасы и погоны, полетевшие в Москве, должны быть предъявлены в СМИ. Враг не спит. Но и мы работаем тоже. И движемся дальше – к Победе!

И вот здесь вопрос вопросов и ответ ответов – в чём она, наша Победа? Очистить территорию Луганской и Донецкой народных республик от киевско-галицких бандформирований? Очистим. Пробить сухопутный коридор в Крым? Пробили. Вернуть Одессу и Николаев в состав Новороссии? Вернём. Воссоединиться с Приднестровьем? Воссоединимся. Решить дальнейшую судьбу бывшей Украины с соседними государствами? Решим.

Но вряд ли кто сомневается, что нынешняя СВО – это что-то вроде финской кампании 1940 года, в которой на стороне Маннергейма в трогательном единении участвовали гитлеровцы и англосаксы (официально находившиеся в состоянии войны друг с другом). И русским тогда потребовалось быстро заканчивать эту «ограниченную войну» (существенно нарастив группировку и сделав выводы из ошибок первых месяцев войны). Потому что на пороге уже маячила другая – мировая война. И характер накопившихся сегодня в мире противоречий очень напоминает канун Второй мировой.