Читаем Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века полностью

31 декабря. Волнения в Москве успокоились. Белый пишет открытку Блоку. Любовь Менделеева думает о Белом. Петровская ждет письма от Брюсова, Брюсов ест морковный пирог. Бальмонт садится в поезд и уезжает из России. Зиновьева-Аннибал с дамами сидит за столом. Иванов и режиссер Мейерхольд планируют встречу с Горьким. Кузмин гадает, но выходит ерунда. На ночь читает каноны. Температура воздуха в столице опускается ниже 20 градусов. Ночью в одной из квартир Петербурга с плачем просыпается младенец. Младенцу две недели, его зовут Даниил Ювачев. О чем плачет этот ребенок?

<p>1906</p>
Январь

1 января 1906 года. В газете «Народное хозяйство» выходит открытое письмо Мережковского к премьер-министру Витте. «Куда девалась моя шапка?» – спрашивает он у министра и подробно рассказывает о случившемся недавно обыске.

Мережковский горячится и берет шире: «Обыск по нынешним временам – сущие пустяки. Рассказывают, будто бы от шрапнели деревья на московских бульварах обрызганы были мозгом человеческим, а в полицейских участках резали осколками стекла носы и уши. Пусть это бред – страшно и то, что так могут бредить. Да и где граница между русскою действительностью и русским бредом? Вчерашний бред – сегодняшняя действительность, завтрашняя обыденность».

На следующий день шапка Мережковского находится: она упала за диван.

3 января на башню приходит Максим Горький. Кто такой Горький? Горький – суперзвезда: каждую его строчку ловят на лету и тут же печатают. За ним ходят толпы учеников и поклонников, подражателей и злопыхателей, юных революционеров и царских шпионов. Он писатель из народа. Он богат. Он усат. У него есть жена и любовница. Что он делает на «башне»?

Вячеслав Иванов, режиссер Мейерхольд и темпераментный поэт Георгий Чулков хотят издавать новый журнал «Факелы» и при этом журнале создать театр, где Мейерхольд воплощал бы свои замыслы. Темпераментному поэту Чулкову 26 лет – волосы его стоят дыбом, он горит издательской деятельностью и проповедует мистический анархизм – теорию, согласно которой нужно бороться со всем миром для достижения полной свободы. Режиссеру Мейерхольду 31 – он играл Треплева в первой постановке чеховской «Чайки» и теперь сам ищет новые формы.

Нужны новые формы деньги – собрание, на которое пришел Горький, организовано с целью поиска средств. Горький соглашается помочь. Соглашается помочь и Александр Блок, который тоже присутствует на собрании и все молчит. Чулков просит его написать для нового театра драму. Блок вспоминает о задуманном еще летом «Балаганчике» – пьесе, где мистики и Прекрасная Дама надевают маски.

Через несколько дней Горький уезжает за границу и обо всем забывает. Блок, который находит Горького грустным и каким-то замученным, садится писать пьесу.

5 января дворянка Дзевалтовская стреляет из револьвера в корнета 55‐го драгунского полка Михайлова. Михайлов умирает. Дзевалтовская стреляет себе в голову. В это время Зиновьева-Аннибал открывает в себе экстрасенсорные способности. На Крещение в квартире писателя Ремизова собирается шумная компания: едят кутью, пьют узвар. Вдруг писатель Ремизов надевает маску козла и начинает скакать. Что? Это гадание: Ремизов раздает гостям бумажки с предсказаниями. Зиновьева-Аннибал узнает, что должна совершить чудо. Возможность предоставляется тут же: ее сажают в темную комнату и с головой накрывают непроницаемой шалью. Все остальные ходят вокруг на цыпочках и по очереди касаются пальцами головы Зиновьевой-Аннибал. От прикосновений она впадает в транс и начинает вещать.

«Ты будешь любить… прошлый год умер… все умерло… ты будешь любить… умерло… ничего больше не знаю…» – говорит Зиновьева-Аннибал человеку, который в прошлом году неудачно женился.

«Это душа близкого той, которая отошла», – говорит Зиновьева-Аннибал, и оказывается, что к ней подходили две сестры.

«Этот год будет зеркалом, и ты угадаешь себя… и казнишь себя… и тогда найдешь себя…» – говорит Зиновьева-Аннибал своему мужу, Вячеславу Иванову. Сбудется ли предсказание?

Вернувшись под утро, Иванов и Зиновьева-Аннибал ложатся спать. Иванов спит до пяти часов дня – в пять часов дня ему приносят утренний кофе. Зиновьева-Аннибал просыпается пораньше, надевает хитон и, лежа на софе, пишет. К вечеру начинают заходить люди: по одному, парами, компаниями. Разговаривают долго и пространно. Так проходят дни.

Белый и Блок в нежной переписке. Брюсов с женой в поезде из Москвы в Петербург. Петровская в отчаянии. Мережковский, Гиппиус и Философов на чемоданах: они окончательно решили на несколько лет уехать в Париж и постепенно собираются. Кузмин и Гриша в страшной ссоре.

Что случилось? Гриша прочитал дневник Кузмина и узнал о случае с банщиком Александром. Гриша ревнует и неистовствует. Кузмин чувствует себя виноватым, да, но все-таки этот банщик не выходит у него из головы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже