Британская военная экспедиция в Сибирь. Воспоминания командира батальона «Несгибаемых», отправленного в поддержку Колчака. 1918—1919

С точки зрения чисто русской тактики необходимо было пробиваться к югу от Уфы, чтобы соединиться с оренбургскими казаками под командованием генерала Дутова и, если получится, с силами генерала Деникина на юге России. Однако никакой достоверной информации о численности и снаряжении армий Дутова и Деникина получить не удавалось.

Вместе с тем стало известно, что в Архангельске высадились англо-американские войска, которые, как предполагалось, были хорошо экипированы для зимних условий, и, если бы удалось соединиться с ними, это открыло бы канал снабжения из Европы. Каждый патрон, орудие, винтовку и предмет обмундирования теперь приходилось везти морем почти вокруг света, а затем еще 6 тысяч миль по ненадежным железнодорожным линиям. У Колчака были люди, но без поставок извне сделать из них бойцов не представлялось возможным. Казалось верным, что если его армии пробьются к Перми и закрепятся в каком-нибудь месте между ней и Вяткой, где соединялись Архангельская и Петроградская железные дороги, то самое небольшое продвижение архангельского экспедиционного корпуса приведет к комбинации, которая откроет дорогу на Петроград и освободит от большевиков север России.

Поначалу я с отрядом 25-го Миддлсекского батальона и четырьмя пулеметами должен был действовать в центре, и мне давалось право участвовать в наступлении. Однако из-за отступничества чехов весь график пошел насмарку, и даже неиссякаемая энергия Верховного правителя не могла компенсировать потери почти четырех недель. Между тем холода стали настолько сильными, что участие британского контингента, состоявшего из обычных гарнизонных солдат, стало невозможным. Генерал Гайда со своими дивизионными генералами Голицыным, Пепеляевым и Вержбицким ускорил подготовку и после серии блестящих бросков захватил Пермь, взяв в плен 31 тысячу человек и огромное количество военной добычи и техники. Потери среди русских составили 6 тысяч убитыми, потери большевиков – 16 тысяч. Раненых практически не было, поскольку каждый, кто падал в снег, умирал в течение часа. Таким образом, адмирал сплотил власть, которую ему доверили.

Большевики были деморализованы настолько, что армия без боя прошла вперед до Глазова, находившегося в 80 милях от Вятки и в 60 милях южнее Котласа. Теперь мы были всего в 300 милях восточнее Петрограда и там в течение семи месяцев ждали движения из Архангельска, которого так и не случилось. На какое-то время территория оказалась абсолютно свободной от сил противника, и люди небольшими группами могли беспрепятственно ходить из Глазова в Архангельск и из Архангельска в Глазов. В конце концов большевики правильно оценили северную экспедицию и, преградив ей путь небольшим заслоном, сконцентрировали огромные силы, чтобы снова оттеснить нас назад к Уралу.

Глава 13Декабрьский заговор роялистов и большевиков

Срок правления диктатора – величина крайне неопределенная. Он издает приказы, но, если армейское начальство может уклониться от их выполнения, оно так и делает под тем или иным предлогом. В этом отношении русский характер очень специфичен. Он подчиняется только одному – силе. Патриотизм и дух гражданственности, как мы его понимаем, выражен довольно слабо. Каждый смотрит на приказ со своей личной точки зрения: «Как это отразится на мне?», и редко, если такое вообще бывает: «Как это отразится на моей стране?»

Удивительно, как много уже успел сделать Колчак, и все же казалось, что его карьера может закончиться в любой момент, несмотря на все предосторожности его друзей. А таких было немного. Ни один настоящий диктатор не может рассчитывать, что они у него будут. В России не будет много друзей у того, кто ставит общественные интересы выше личных.

Подготовка к наступлению на Пермь шла полным ходом, когда от генерала Дутова пришла депеша, в которой утверждалось: «Из-за давления наших сил на их левый фланг большевицкие главари решили сделать то, что они называют „работой в тылу врага“. Семьдесят человек из числа лучших агитаторов и наиболее толковых агентов и офицеров просочились через наши ряды и теперь рассредоточились где-то среди нас». Единственное, что мы могли сделать, – это ждать и следить, где это предательское движение себя обнаружит.