Бумаги Иисуса

К сожалению, у Смита не было возможности предоставить другим учёным рукописную копию письма Климента для тщательного исследования, что послужило основой для критики. Подобное упущение было несвойственно для учёного, отличавшегося точностью и скрупулёзностью. Но мне очень хорошо известно, что не всякий документ удаётся передать специалистам для проверки подлинности и тщательного изучения — как бы вам этого ни хотелось. Особенно часто такое происходит с рукописями, имеющими большую коммерческую ценность, находящимися в частных коллекциях или теми, которые, по мнению владельцев, являются спорными или даже провокационными.

Следует однако заметить, что текст, который не смог предоставить в распоряжение научного сообщества Смит, видели и другие специалисты. С письмом ознакомились двое учёных из Еврейского университета Иерусалима, профессор сравнительного религиоведения Гай Стромса и специалист в области раннего иудаизма и происхождения христианства профессор Дэвид Флассер. В 1976 году они специально приезжали в монастырь Map Саба, чтобы взглянуть на этот документ.

Двух минут оказалось достаточно, чтобы убедиться, что книга стоит на той же полке, где её оставил Смит. Учёные получили разрешение передать книгу в Патриаршую библиотеку Иерусалима. Они хотели выполнить химический анализ чернил, чтобы установить дату записей. Однако в Иерусалиме выяснилось, что подобный анализ может сделать только израильская полиция. Греческая православная церковь отказалась передать книгу полиции, и больше никаких анализов не проводилось.

Впоследствии Стромса обнаружил, что письмо было вырезано из книги и спрятано в надёжном месте. Можно смело предположить, что в ближайшее время учёные его не увидят[417].

Если письмо всё-таки подлинное, что может подразумеваться под Царствием Небесным? И как туда попасть? Как бы то ни было, кое-какую информацию мы можем получить и без этого письма — нужно лишь уметь распознать её.

Евангелие от Луки приводит следующие слова Иисуса: «…если око твоё будет чисто, то и всё тело твоё будет светло»

[418]. Это объяснение — чистейшая мистика, достойная таких восточных религий, как буддизм или даосизм. Но что имел в виду Иисус? В сущности он говорил о том, что если нам в видении является Господь, то мы оказываемся в окружении божественного света. Мы как бы растворяемся в «Боге» — так, как рассказывает об этом мистик шестнадцатого века Тереза Авильская.

Она часто погружалась в состояние, которые называла «восторгом» — когда духовное желание «мгновенно охватывает душу, и она начинает томиться и поднимается ввысь, над телом и над всем мирозданием»[419]

. На короткое время взлетевшая душа растворяется в «Боге». При этом чувственное восприятие происходящего оказывается невозможным. В состоянии «восторга» душа «полностью слепа, растворена». Тереза Авильская объясняет, что когда душа «смотрит на это божественное Солнце, она ослеплена его яркостью»[420].

Осознавая сходство между такими сильными ощущениями и смертью, святая Тереза пишет:

«Я почти избавилась от страха смерти, который всегда мучил меня. Теперь мне казалось, что для слуги Господа это очень легко — душа мгновенно освобождается из тюрьмы и обретает покой. Момент, когда Бог возвышает душу и переносит её, чтобы показать высшее совершенство, представляется мне похожим на тот, когда душа покидает тело»[421].

Почему же нас не учат этому? Часть ответа заключается в том, что Церкви не нравится свобода, которую открывает человеку мистицизм.

Святая Тереза, к примеру, жила в постоянном страхе, что её обвинят в ереси и бросят в мрачные застенки инквизиции. Её дед был евреем, принявшим христианство. К сожалению, к таким обращённым инквизиция относилась с особым подозрением. Терезе требовался совет, и хотя она ступила на очень скользкую с точки зрения церковной доктрины дорожку и многие, кому она рассказывала о своих видениях, относились к ней с подозрением, ей удалось выжить — благодаря своей искренности, скромности, глубокой набожности и не в последнюю очередь хорошим отношениям со своим исповедником иезуитом. Другим повезло меньше: им были уготованы тюрьма и костёр.

Нелюбовь к мистике была настолько велика, что Церковь исказила смысл высказывания Иисуса, приведённого Лукой, навязав другую интерпретацию; в сущности, всё мистическое из него было выхолощено. Официальные комментарии к этому тексту исключают любой намёк на мистический опыт, что можно подтвердить следующей цитатой.