Бумажная Деревня(СИ)

- А у вас, мы слышали, с губернатором проблемы?

- Есть немного. Вы откуда это слышали?

- Да так... Перевозчики рассказали. Вот был, говорят, какой-то Афуган. А потом его катаной зарубили.

- Вы поработали?

- Стараемся. Если он был ваш подчинённый - примите наши искренние сожаления. Мы правда не хотели вас обидеть или нанести убыток вашему бизнесу.

- Нет, нет. Так, какие-то дела крутили пару раз. Ну вы сами понимате, не маленькие. Начиная с определённого уровне тебе все каким-то боком партнёры, каким-то боком враги, а каким-то боком конкуренты.

- Совершенно верно. Мы рады, что всё так вышло. У нас были претензии к нему лично. но он был слишком туп, чтобы их даже выслушать. Ну вот и пришлось немного прикончить. Раз настолько дурак, что научить невозможно - работай наглядным пособием.

- Отлично работаете, ребята. Вы молодцы. Всему место находите.

- Скажите, а этот коммунист Мураками - это... тоже Афган? Или ваша работа?

- Ну, да. Может быть. Я уже не помню, на самом деле. Всё перепуталось так в последние дни, завертелось. Голова, как квадратная. Кажется, приказывал. Хотя нет, это что-то с земельными спорами связанное. Не помню, короче, да и не важно. Бюджет всё равно закрыт.

- Просто мы слышали, что Японская Коммунистическая Партия хочет, если он скончается, похоронить его на родине. Так что если вам нужен террористический акт с политической подоплёкой.

- Да плевал я на коммунистическую партию,- обиделся Зенковский,- я здесь и без вас всех куплю. Пусть делают с ним что хотят. Могут смешать пепел с карри и съесть вместе с рисом. У меня весь бизнес под угрозой, а вы со своими неадекватными соотечественниками лезете.

- А какой из участков вашего бизнеса нуждается в защите? Возможно, мы оказали бы помощь.

- Сложно сказать. Сразу все. Оно у меня как-то перепутано и закольцовано. Ну сами понимаете - деньги вкладываются, крутятся, отмываются, опять вкладываются...

- Тяжело вам, видимо, приходится.

- Ну, а как же. Начиная с какой-то суммы ты уже не видишь ничего. Только крутишь их, крутишь и крутишь круглые сутки.

- У нас имеется уникальное предложение только для вас.

- Я догадался. Но вы так и не говорите, какое.

- Речь идёт о губернаторе. Наша обычная такса - сто тысяч за голову. Понимаете?

- Понимаю.

- И какой ваш ответ?

- Ну, у него же охрана...

- А у вас охраны нет?

- Есть.

- И думаете, вас невозможно достать?

- Это было возможно раньше. Я ведь тоже сначала пользовался услугами охранных агентств. Обратился в одно агентство. А потом подумал, и не понял - как это бывшие бандиты меня защищать будут? Поэтому я нанял ещё одних - из другого агентства. И теперь они друг за другом следят.

- А кто же вас охраняет?

- Они и охраняют.

- Но ведь вы же сами сказали, что они друг за другом следят.

- Ну так они в Дальнем друг за другом следят. А меня там нет. Я в Москве.

- А в Москве вас кто охраняет?

- Это секрет.

- Так как вам наше предложение?

- Оно интересно. Но у губернатора тоже есть охрана.

- И что? Они что - будут за него умирать?

- Думаю, нет. Хотя кто вас, громил, поймёт.

- Ладно. Сейчас мы скажем самое главное. Специально для вас мы сделаем скидку в двадцать один процент. Даже Танаке Какуэю только двадцать с половиной процентов скидывали!

- Что?

- Двадцать один процент скидки. Не упустите свой шанс!

- А чего так много?

- Растёт конкуренция. Ну вы же понимаете, молодёжь играет в жестокие игры, учится стрелять с детства. Приходит тут один ронин провалившийся записываться, и прямо с порога: "А ракетницу дадите"? Предложение растёт, качество падает. Это как с лапшой быстрого приготовления. Была еда для космонавтов, теперь кто попало догоняется.

- Вот оно как... Стало быть, космонавты.

- Да. И, как нетрудно догадаться, Иокогама - это последнее место, где нас будут искать.

- А знаете что?

- Да?

Зенковский выдохнул.

- По рукам!

- Что...- опешил Рю.

- Ну, в смысле, грохайте, грохайте. Аванс сколько?

- Двадцать пять.

- Нет, двадцать.

- Двадцать пять. За двадцать мне оябун голову оторвёт.

- У оябуна таких как ты - полный дом и ещё галерея. Двадцать. Диктуй, как перечислить.

Аглая, роняя стулья, бросилась к столу с бумагами и сунула Рю под нос реквизиты. Тот принялся диктовать под тяжёлое дыхание трубки.

- Вы меня простите, что я бестолочь такая,- извинился Рю,- я же на переводчика, а не на бухгалтера учился.

- Что ты бестолочь - видно из языка, который ты выбрал. Всё, теперь я диктую реквизиты, а ты проверяй.

Рю подтвердил реквизиты.

- Ну, значит, что?

- Ну, значит всё.

- Когда выполните?

- В течении недели.

- Доложите по телефону?

- Мы не доложим. Вам доложат.

- Каким образом?

- В вечерних новостях.

И отсоединился.

В наушниках шипела пустота.

Вот и всё. А что ещё делать?

Аглая ухмыльнулась и включил телевизор.

- Перекупили,- прошептала она одними губами,- Буквально в последний момент.

Дикторша в телевизоре выглядела несколько обалдевшей. Она, конечно, привыкла сообщать о вещах невероятных и необычных. Но, видимо, впервые в жизни то, о чём она говорила, случилось не её глазах и в прямом эфире. И оказалось, что это не просто невероятно и необычно. Это ещё и жутко.