Бунтари и мятежники. Политические дела из истории России

«К решающему моменту операционная линия Юго-Западного фронта разошлась с операционной линией главного Западного фронта под прямым углом. В то время как фронт Тухачевского приближался к Варшаве, Юго-Западный фронт, в состав которого входил Сталин, двигался на Лемберг. Сталин вел свою собственную войну. Он хотел во что бы то ни стало войти в Львов в то время, как Смилга и Тухачевский войдут в Варшаву. Когда предстоящий контрудар под Варшавой окончательно выяснился, главное командование приказало Егорову, командующему Юго-Западным фронтом, круто переменить направление, чтобы ударить во фланг польских войск под Варшавой и поддержать Тухачевского с фланга. Но Юго-Западное командование, поощряемое Сталиным, продолжало двигаться на запад: разве не более важно самим завладеть Львовом, чем «другим» взять Варшаву? В течение трех или четырех дней ставка не могла добиться исполнения приказа. Только в результате повторных приказов и угроз Юго-Западное командование переменило направление. Но несколько дней запоздания сыграли роковую роль.»

Спустя годы поражение в советско-польской кампании поставят в вину Тухачевскому, и это не будет мнением исключительно суда. К примеру, в интервью К. М. Симонову герой Великой Отечественной войны, маршал Советского Союза И. С. Конев рассказывал о том, какую, по его мнению, роль сыграл Тухачевский в Варшавской операции: «К его [Тухачевского. — Прим. автора] недостаткам принадлежал известный налёт авантюризма, который проявился ещё в польской кампании, в сражении под Варшавой. И. С. Конев говорил, что он подробнейшим образом изучал эту кампанию, и, каковы бы ни были ошибки Егорова, Сталина на Юго-Западном фронте, целиком сваливать на них вину за неудачу под Варшавой — Тухачевского не было оснований. Само его движение с оголёнными флангами, с растянувшимися коммуникациями и всё его поведение в этот период не производят солидного, положительного впечатления».

Поражение под Варшавой не будет прямо названо основанием предъявленных Тухачевскому обвинений. Но во время чисток в армейской верхушке многие участники советско-польской войны окажутся на скамье обвиняемых. Помимо Тухачевского, фигурантами «Дела военных» станут военачальники И. Э. Якир, И. П. Уборевич, А. И. Корк, В. К. Путна, В. М. Примаков, принимавшие непосредственное участие в боевых действиях на фронтах советско-польской кампании. А. И. Егоров погибнет в одной из следующих чисток в командующем составе армии.

В военной биографии Тухачевского есть еще одна темная страница. В 1921 году по стране прокатилась череда вооруженных мятежей. Особенно сильные волнения случились в Тамбовской губернии, страдавшей от недостатка хлеба. В мае Тухачевского назначили командующим войсками Тамбовского округа с целью подавления крестьянского восстания. Командование распорядилось в ходе операции применять химическое оружие, брать и, в случае невыполнения требований, расстреливать заложников. Войска действительно захватывали в заложники родню повстанцев, чтобы понудить последних к сдаче. Для содержания заложников в губернии была создана сеть концентрационных лагерей. Однако применения химического оружия, в результате которого погибли бы люди, не отмечают ни официальные документы, ни частные воспоминания. Вероятно, во многом это связано с тем, что в распоряжении тамбовского командования не было химической роты, способной проводить газобаллонные атаки. Волею судеб в подавлении тамбовского восстания по линии ВЧК участвовал В. В. Ульрих — будущий председатель Специального судебного присутствия Верховного Суда СССР, созванного для рассмотрения дела Тухачевского.