Бурелом. Книга третья

Если праведных есть селенья,— Нам дается в горе земномЭтот свет неземной утешенья —Там стоит наш сожженный дом.Весь. как был, с террасой и башней,— В винограде густом стена —Еще солнечный, близкий, вчерашний,Но растаявший дымкой сна.И все яблоневые деревья,Что в саду когда-то росли,Среди облачного кочевьяВырастают из райской земли.По особенному, по другомуТам сияет закатный час.И отец мой бродит по дому,Поджидая к себе всех нас.1940

Над могилой отца

Над могилой отца в колокольном простореПлыло утро воскресное в ясных лучах.Голубей воркотня над церковном притворе,Голос памяти вечной, роса на цветах…Над гранитным крестом шелестел без умолкуПодрастающий тополь прохладной листвой.Под стеклом полинялые ленты из шелку.За годами года…Нерушимый покой.Над могилой отца проносились снаряды,Мерзлой глины тяжелой взлетали комки.И равняя с землею кресты и ограды,Шли по кладбищу гулкие броневики.Ни следа не осталось на поле изрытом,Там где лавой железной война протекла.Над гранитным крестом, на осколки разбитым,В дым и пламя обрушились колокола.1940

«По чужой вечерней дороге…»

По чужой вечерней дорогеМимо темных осенних дач…Отголоском острой тревогиГде-то слышится детский плач.Ни людей. ни огней. Только тучиДа печальная сырость в полях,Только шелест березы плакучей,Да шуршанье травы в колеях.Поездов далеких взываньяТак пронзительны в тишине.…Только ветер воспоминанья,Горький ветер навстречу мне.1941

Сирень и ласточки

Изнемогают душные сирениОт непосильной пышности кистейНадетольный зонт дает немного тени,И солнце жжет узоры скатертей.Все в башнях, трубах небо городскоеНад ласточкою — музою весны.Но ей ли, быстрой, думать о покоеВ самозабвенном счастье вышины.Лишь петь и славить синий мир беззлобный,Полуденную солнечную тишь…Но вдруг над улицами вой утробныйТревогу в небе возглашает с крыш.Опять — подвалы, узкие темницы,Сырые чревы каменных домов.Там наверху — горячий полдень длится,Там ласточки, сиянье облаков.И пышный цвет сирени изобильной…А здесь — томленье, холод, слепота,Тягучий запах плесени могильнойИ тяжесть непосильного креста.1942

Розовый воздух